Ваньки-лихачи на красивых колясках, ведомых ухоженными породистыми лошадками — эх-х, прокачу! Шустрые курьеры-проныры шмыгают на электроскейтбордах. Кроме доставки провизии («продукты» давно уже не говорят, моветон) они выполняют и другие деликатные поручения: отнести букет и коробку конфет с запиской во-о-он той даме за уличным столиком модного кафе «Аджикинежаль», вызвать девушку на свидание. Часто получается, и сразу приносят ответ.
Артисты театра Афанасьева, изображая цыган, с песнями, танцами и улюлюканьем, ведут на цепи здоровенного дрессированного медведя на задних лапах. Мишка порыкивает и с удовольствием показывает публике Fuck! Все хохочут, а дамы морщатся, но всё равно хохочут.
Рядом с Оперным сияет и гремит медью городской духовой оркестр под управлением бравого красавца-подполковника в белом парадном мундире, а пары скользят по асфальту в незабываемом вальсе «Волшебный сон» композитора Василия Агапкина.
А у молодых людей, фланирующих по Красному проспекту с тросточками, брюки, естественно, в полосочку, а штиблеты лаковые! Красота!
Но вот пришла Женьке из космоса ещё одна картинка… А нет никакого Красного проспекта. И Новосибирска нет. А есть мёртвый постапокалиптический пейзаж. Видимо эпицентр атомного взрыва пришёлся на Оперный театр. Вместо него кратер, заполненный чёрной водой. Некоторые дома вокруг разрушены не полностью и что-то рядом с ними шевелится. Люди? Животные?
Не-е-ет! Только не это!
Эпилог
Катарсис
Комиссовали Женьку с военной службы с инвалидностью по ранению и полетел он домой, волонтёры помогли. Он уже знал, радовался, что ждут его дома, а это очень сильно грело душу.
Отвезла его жена Наташа на дачу, ту самую, родительскую, на тёплой протоке Оби. Аж накрыло Женьку, так там было хорошо. Вон и тот дуб на поляне, на котором они с Витьком осиный мёд добывали… Стоит себе дуб, что ему. Малина, смородина, банька, рыбалка. И он вспомнил за ту рыбалку…
Охота на сома
Как они с соседом, дядь Сашей, бывшим военным и завзятым рыбаком, на протоке ловили сома. И ведь поймали!
На берегу протоки над обрывом росла огромная старая ива, одна из веток которой нависала, прямо, над водой, касаясь её. И вот эта-то большая ветка Женьку и заинтересовала. С весны, из-подо льда к ней прибило какую-то мелкую дохлую животину, то ли суслика, то ли кошку. И эту животину точно кто-то объедал, пока совсем не объел. И этот кто-то, видимо, был сомом, больше некем ему было быть! Дядь Саша с Женькиными аргументами согласился, и они начали охоту на этого сома.