Память здесь и правда охраняли как святыню, и мне даже стало не по себе, когда я увидел, как какая-то большая семья заказала несколько подносов еды.
Это как жевать шаверму в зале музея, глядя, например, на брюлловский «Последний день Помпеи».
Администратор подозвал официанта, и тот с поклоном предстал передо мной, сверкая любезной улыбкой.
— Добрый день, сударь! Могу ли я предложить вам меню?
— Благодарю. Пока что для меня просто кофе. Черный, предельно крепкий, без сахара.
— А для вашего спутника? — официант взглянул на охранника, который не пожелал садиться за стол и теперь изображал восковую фигуру.
— Спутнику не положено, — улыбнулся я. — Но ваша помощь непременно понадобится, когда ко мне присоединится дама.
— Как пожелаете, сударь.
Я взглянул на часы, но это было не обязательно: только что выстрелила пушка на Петропавловской крепости, ознаменовав полдень. Старая, еще петровская, традиция. И удобно.
У меня завибрировал телефон — я так и забыл включить звук после заседания Совета. На экране высветилось имя Оксаны.
— Слушаю.
— Мне что, прямо наверх идти? — удивленно спросила девушка, перекрикивая уличный шум. — Я не нашла тебя на первом этаже.
— Разумеется, на второй, Оксана Вадимовна! Я уже жду.
На первом открыли пекарню-кондитерскую, где тоже можно было взять кофе и сесть за микроскопический столик у окна. А заодно накупить пирожных и хлеба. Но по булочным ее пусть однокурсники водят. У нас — нормальная встреча. И вообще, даме ютиться на жердочке у стеночки не положено.
Наконец, в проеме показались сначала рыжие кудри Оксаны, а затем она сама — запыхавшаяся и явно смущенная. Администратор тут же подошел к ней и после пары фраз проводил гостью ко мне.
— Здравствуй, — я поднялся из-за стола, приветствуя девушку. Журналистка тут же сняла с плеча увесистую сумку и вздохнула с облегчением.
— Здравствуйте, Алексей Иоаннович. — Она уставилась на охранника. — Это с вами?
— Не это, а господин Мясоедов, Оксана Вадимовна.
— А ему можно…
— Обсудим без деталей.
Девушка кивнула и опустилась на стул, что я отодвинул. Тут же возник официант и подал ей меню.
— Голодна? — спросил я.
— Не завтракала.
— Тогда заказывай все, что понравится.
Оксана вытаращилась на меня как на сумасшедшего.
— Алексей, ты цены видел? — шепнула она. — Нет, я понимаю, что ты из богатой семьи, но это уже за гранью добра и зла! Рубль за кусок тортика?
— Это очень вкусный тортик, — улыбнулся я. — А еще ты сидишь за столом, за которым некогда обедал сам Грибоедов.
— Служить бы рад — прислуживаться тошно… Ага. Вот и послужил. В Тегеране…