— Если очень хочется… — Джана вздохнула. — Признаюсь, у меня нет предположений.
— Ладно! — бодро улыбнулась я, стараясь не унывать. — Испорчена только часть вещей. Но есть остальные! А о случившемся мы немедленно расскажем вэсту Арумету!
Но когда мы открыли второй сундук, который был, между прочим, заперт на отдельный замок, оттуда сразу же полилась та же самая вонь. С третьим случилась та же катастрофа. Мы проверили все коробки — и вскоре сбежали из гардеробной просто потому, что там невозможно стало находиться.
— Ну ладно я понимаю, открытый сундук, — вытирая слезящиеся глаза, просипела Джана. — Но в закрытые как пролезли?
Нам пришлось вернуться, чтобы внимательнее рассмотреть, как именно испортили все платья: оказалось, они залиты какой-то фиолетовой жижей, но пятна были несвежими — они уже засохли, пропитав все ткани насквозь.
— Кажется, их испортили давно, — развела руками камеристка. — Точно не сегодня! Иначе как всё это попало внутрь? Замки магические, нужно знать заклинание, чтобы отпереть их.
— Если платья были испорчены давно, — усомнилась я. — Как тогда уцелело то, что на мне?
Джана задумалась.
— И правда…
И едва мы успели обсудить эту странную и даже немного загадочную ситуацию, как я почувствовала, что ощущения от моей одежды на теле изменились. В нос ударил резкий всплеск такого же выворачивающего наизнанку запаха, а на юбке и лифе моего платья начали проступать тёмные пятна и разводы.
— Снимайте скорее! — испугалась камеристка.
И мы вдвоём принялись сдирать с меня обитую какой-то гадостью одежду.
— Я наберу ванну! Вам срочно нужно ополоснуться! — приговаривала Джана, сворачивая злосчастный наряд в плотный рулон. Затем она быстро, как оглушённую ядовитую змею, зашвырнула его обратно в сундук и плотно закрыла крышку.
— Вот и ответ на наш вопрос, — я обхватила себя руками за плечи. — Похоже, это было какое-то заклинание с отложенным действием. Вернее, зелье, которое проявилось после вскрытия сундуков.
— А как тогда на вас оно проявилось не сразу?
— Думаю, моя магия сдерживала вредоносный эффект. Получается, и правда их испортили давно… Но кто? Поклонницы Сенеона?
Джана пожала плечами, но в следующую секунду задумалась, а на её лицо наползла тень тревоги. Похоже, круг подозреваемых не так уж широк.
— Когда мне удалось устроиться сюда на работу горничной, — внезапно начала рассказывать она, — его величество ещё был жив. Ну… Как жив — он не приходил в сознание, но ещё дышал, а его сердце билось. Я слышала разговоры, что сразу после того, как это случилось, его мать приказала вышвырнуть все ваши вещи из комнаты, сложить в сундуки и убрать их с глаз долой.