Равель рассмеялся:
— Вы и вправду так мало обо мне знаете, ничтожества! В карете есть всё необходимое, чтобы поддерживать жизнь в тех, кто мне нужен. И столько, сколько нужно. В любом состоянии. Если придётся, я разберу тебя по кусочкам и доставлю хозяину для допроса в нескольких ящиках. У нас, кстати, есть особое место для таких целей, кабинка чистоты. Там все говорят только правду: поют её в необходимой тональности, на языках, которых даже не знают. В том месте мы выжмем из тебя все десять аксиом, а также разберёмся в каком месте твоей бесценной головы они зарождаются. Может быть ты даже не понадобишься нам целиком. Заберём необходимый кусочек и отпустим.
— А как же суд? Как ваш хвалёный Кодекс?
— Я говорила тебе, капитан, что эти ничтожества подчиняются другому богу! Их бог это деньги, их Кодекс можно обменять на горсточку уний. — Эннор храбро шагнула вперёд, держа наготове тэкпи. Её глаза сверкали яростью.
— А, беглянка! Насчёт тебя имеются особые распоряжения. Ты убила двух высокородных, мы не прощаем такое. Тебя ждёт мучительная и публичная казнь. Ты даже не представляешь насколько мучительная. Для существ нашей породы существует набор особых практик.
Евклид криво усмехнулся, глядя в холодные зелёные глаза:
— А потом меня спрашивают почему я не хочу по доброй воле присоединиться к Нулевой Земле. Вы, ублюдки, нарушаете вами же самими созданные правила. Придумали удобную структуру социального расслоения, в которой появляются отбросы вроде Жоржа. Напридумывали родословных. Уверен, что большинство жителей тех небоскрёбов, о которых все говорят, обычный менеджеры, кассиры, или риелторы. Наместник Золуса Маркус, кстати, тоже был изрядной сволочью! Уверен, что и Маркус второй, которого прикончила мой штурман был не лучше. Да у них обоих даже имена звучат фальшиво!
— Это Хаосум, мальчик. Здесь всё решает сила. Прятался бы в своих Норах, может ещё бы побегал. А теперь у тебя появится отличная возможность указать кассирами и риелторам их место. Я бы с удовольствием взглянул на это!
Евклид увидел как к порталу неспешно двигается колесница.
— Почему ты выбрал столь изощрённый способ перемещения, Равель? Раз уж мы поедем вместе, ответь. Лошади? Точнее подобие лошадей. Ты мог бы летать на драконе, или ещё какой твари снаружи, а выбрал себе вот это.
— Лошади символичны, человек. Это как… Ездить на ретро-автомобиле. Есть особый шик в том, как они выглядят, в том как они уморительно неудобны.
Суетящийся демон растерянно стоял в двух метрах от хозяина, сжимая в руках копья, которые он не мог применить. С его подтаявших ледяных доспехов срывались капельки подтаявшей воды.