И вдруг шорох. Еще и еще, ветки треснули.
Бессмертный оживился. Повернул голову в ту сторону, откуда доносился шум. Глянуть, кому там жить надоело, кто тут шастает ночью? По краю луга начиналась опушка леса, именно там Дий и заметил движение. Тут же накинул на себя невидимость, а после приблизился.
Ну конечно, кто бы сомневался!
Островерхие шапки, приземистые кони. Степняки. Лихие людишки, промышляющие разбоем. Он пригляделся еще, душегубцы куда-то быстро продвигались и тихо перешептывались между собой. Дий не стал больше ждать и разбираться, куда и зачем.
Шарахнул в них парой молний, а потом имел недолгое удовольствие смотреть, как те мгновенно развернулись и стрелой понеслись в другую сторону. Жаль, не успел наподдать им больше, степняки умчались слишком быстро. Так и стоял на месте, оглядываясь, кого бы еще приложить.
Некого? Даже как-то обидно сделалось.
Он уже собрался уходить, но тут ему вдалеке послышался тихий плач.
Что-то екнуло в душе от непонятного предчувствия. Он замер, прислушиваясь, и, осторожно ступая, чтобы не шуметь, пошел на звук. А как дошел, не поверил своим глазам. Сидя на земле у плоского валуна, плакала княгиня Кантемира.
Простоволосая, неприбранная.
Гордая красавица, которую он знал полной жизни, несгибаемой, злой, сейчас выглядела такой жалкой, убитой и измученной. У него сердце кровью облилось. Не было сил смотреть, как она рыдает и зовет дочь.
Показался, вышел. Хотел сказать ей, что жива Василиса.
Утешить ее хотел.
Он еле ноги унес! Потому что Кантемира как его увидела, зверем накинулась, чуть не спалила огнем. Дий даже слова не успел вымолвить.
Стоял потом в стороне, слушал, как она жжет все вокруг адским пламенем и проклинает его на чем свет стоит. И страдал от обиды, потому что это были только отчасти заслуженные проклятия. Так и хотелось уязвить, бросить ей в лицо:
– Ты же так переживала за свое княжество. Вот и радуйся теперь!
Но это было недостойно.
Дий медленно побрел обратно. Ладно, не хочет его слушать, кто-нибудь все равно скажет этой ведьме правду. Но это будет уже не он.
А настроение – хуже некуда. Вроде бы раз в жизни постарался сделать все как надо. И что в итоге? Такой осадок, такой гадкий привкус.
Постоял так и ушел.
Но прежде Верховный все-таки сходил к тому странному камню. Долго вглядывался в слова выбитого на нем пророчества. Пытался понять ускользающий смысл. Сунулся было на одну из дорог, так вдруг потянуло все бросить. Даже ногу занес.
Но на нем же царство! Нельзя.
Верховный тряхнул головой, становясь самим собой, и отправился домой.