Безжизненные тела магофагов стояли у стенки — шесть штук. Все одинаковые. Шесть запасных оболочек паучихи, как платья в гардеробе. Пустые. Ждущие. Готовые принять хозяйку в любой момент, стоит только нынешнему телу износиться или погибнуть. Одинаковые лица, одинаковые позы, одинаково приоткрытые рты. Шесть жизней. Шесть воскрешений. Вот почему паучиху невозможно убить — она просто переселяется в новую оболочку и продолжает творить задуманное как ни в чём не бывало.
Еще в пещере нашлась целая стена из сундуков с драгоценными камнями и слитками золота. В тусклом свете крышки отливали медью, а из-под неплотно закрытых щелей поблёскивали россыпи рубинов, сапфиров, изумрудов… Целое состояние.
Однако не золото и не тела меня поразили, а светящаяся синим дыра в полу. Из неё так фонило чистейшей энергией, что у меня заслезились глаза и задрожало тело. Синий свет бил вверх, как столб холодного пламени, и пещера плавала в его неровном пульсирующем сиянии. Тени на стенах дёргались и корчились, словно мечтали сбежать. Я еле удерживался в их укрытии — энергия из дыры давила, выталкивала, как вода выталкивает пробку на поверхность. Пришлось отступить обратно в коридор, чтобы прийти в себя. Привалился к холодной каменной стене, сжал кулаки, переждал дрожь.
Очевидно, это и был тот самый реактор для открытия межмирового портала, в который Хиллар собирает магию и отблеск которого разглядел Апрель через свои очки. Понятно теперь, почему спектральники показали «нереальное скопление энергии». Здесь хватило бы мощности открыть портал не в один мир, а во все сразу.
Но что мне с ним делать?
Ужасно захотелось не просто вернуться к Апрелю и графу, а вернуться за иллюзорную стену — чтобы Леон и Апрель (они у нас самые умные) посовещались и всё просчитали. Но чутьё — врождённая способность, доставшаяся от драконов — буквально вопило, что нужно спешить. Нет времени на обсуждения, потому что где-то совсем рядом враги. А драконье чутьё никогда не ошибается.
Пришлось полагаться только на себя и на свои знания магической физики.
Если ударить в реактор боевыми заклинаниями — он рванёт так, что вряд ли от Палюса что-то останется. Меня, возможно, спрячут тени — всё же это другое измерение, и взрыв может его не достать. Алтею и Тристана по ту сторону барьера тоже, может быть, укроет шатёр. А вот граф и Апрель, стоящие снаружи у подножия горы. Мариэлла и невинные аборигены… Нет. Бить боевыми — не вариант.
Думай, Карсиан!
Раз собранная паучихой энергия не разлетается по всему миру, значит, она чем-то удерживается. Какой-то невидимый барьер этому препятствует. Реактор фонит, потому что энергии слишком много — это всего лишь остаточное излучение, просачивающееся сквозь стенки.