— Она тут всё подробно описала, и она, кстати, была очень даже непростой, — продолжила Мари, водя пальцем по строчкам. — Изобретательница. Опережала своё время. И она вроде как ушла с драконом в его мир, а Последнюю надежду отдала своему сыну. Это именно он впоследствии обосновался в Великой империи и получил титул графа.
Ушла с драконом. Моя прапра-сколько-то-там-бабушка ушла в другой мир. Добровольно. Ради любви? Ради знаний? Ради приключений? Неважно. Важно то, что переход между мирами когда-то был возможен. И если был возможен тогда — может стать возможным снова.
— Очень интересно. Значит, мы попытаемся связаться с этим небесным кузнецом и заказать ему Последнюю надежду, — раздался голос со стороны люка.
Там стоял Тристан. Похоже, герцогу не спалось в чужом теле. Оно и понятно: пока есть хоть малейший шанс вернуть своё, Тристан не успокоится. Это не в его характере.
Карсиан
— Ты не поверишь, но мне не хочется, чтобы это плавание заканчивалось, — тихо призналась Алтея, глядя на бескрайние морские воды.
Мы сидели на верхней палубе у борта в удобных креслах. Её голова уютно лежала у меня на плече, а ладонь в моей руке.
— Ещё как поверю, — ответил я, улыбаясь. — Может быть, это наши последние часы покоя. Мы ведь не знаем, что нас ждёт дома, как справляются мой дядя и двоюродный дед… И как пройдёт Совет.
— И вся эта предсвадебная суматоха, — вздохнула Алтея.
Я усмехнулся. Она хотела скромный обряд, но едва ли это возможно. Жена наследника престола, будущая императрица и реформатор не может позволить себе выбирать только сердцем. Нашу свадьбу отпразднует вся империя. Это будет большое и торжественное событие — символ новой эры для Великой империи. А затем коронация: отец уйдёт, передав нам бразды правления. К сожалению, наши беззаботные дни почти закончились. Впереди работа, реформы в экономике, науке, жизни всех людей.
Я тряхнул головой, отгоняя набежавшие мысли. Они давно пытались вытеснить всё личное, но сейчас время только для нас, такое короткое и драгоценное.
— Ты сможешь всё, Тея. Любые помощники, любые ресурсы, — я шепнул это ей на ухо и поцеловал в висок. — Всё получится.
Она крепче сжала мою руку, но на её лице появилась тень тревоги.
— Всё бы ничего, но я переживаю за Тристана. Он слишком торопится открыть портал. Если бы он один собирался к небесному кузнецу — пусть бы шел, но он тянет за собой Леона, а Леон нужен нам здесь. Он наш стратег, наш мозг.
— Тея, мы же договорились: никаких дел до высадки в империи, — проворчал я, будто сердясь, и сильнее прижал её к себе.