— Первородные, — голос Эльдара дрогнул. — Они создали Сеть Лей не как инструмент. Как тюрьму. Для себя.
Иван фыркнул:
— Зачем сажать себя в клетку?
— Потому что они осознали: их сила уничтожит всё, — Эльдар приблизился, и его проекция вдруг исказилась, приняв черты «Призрака». — Мы — их наследники. И мы повторяем их ошибки.
Кристаллы вокруг загорелись алым. Из стен выползли щупальца энергии, схватив Ашшара и Ивана.
— Что за хрень⁈ — я рванулся к ним, но пол подо мной ожил, сковав ноги.
— Извини, Мик, — Эльдар распался на пиксели, а его голос слился с гулом станции. — Ты не должен был знать.
Прорыв
Ашшар закричал, его посох взорвался псионической волной. Щупальца дрогнули, и я вырвался, выхватив из ножен клинок из обломка «Эха».
— Иван! Лови! — я швырнул сыну нейтрализатор.
Он поймал его на лету и вогнал в ближайший кристалл. Станция взревела, архивы начали рушиться.
— Бежим! — Ашшар, истекая кровью из носа, открыл портал. — Это ловушка! Они хотят стереть нас из истории!
Мы прыгнули в вихрь света, а за спиной «Вечность» схлопнулась, унося с собой правду о Первородных.
Игры без правил
На мостике «Грома» я смотрел на сообщение от Вейры: «Реликты выходят из альянса. Древние атакуют наши границы» .
— Что теперь? — Иван прислонился к стене, перевязывая ожог на руке.
— Теперь, — я активировал секретный протокол, выводя на экран сигнатуру «Призрака», — мы играем их же игрой.
Сигнал был слабым, но знакомым. Где-то в Сети Лей что-то пробуждалось. И это «что-то» смеялось.
— Ты с ума сошел, — прошептал Ашшар.
— Нет, — я улыбнулся. — Просто нашел нового союзника.
Голограмма «Призрака» мелькнула на секунду, сложив пальцы в знакомом жесте: «Договорились» .
— Древние с реликтами сильно заигрались в стотысячелетнюю войну, надо им показать, что правила изменились. Да и отомстить за издевательства капрала в учебке будет не лишним.
Ашшар ухмыльнулся, Цитрос хмыкнул. Он-то Пандору, канувшую в лету. Мы отправим туда же и Таргерон-4 вместе со всеми базами древних, если они не угомонятся.
Созвездие Воли
Орбитальная станция «Равновесие», нейтральный сектор Тета-7
Станция напоминала гигантский кристалл, выращенный в невесомости. Её грани переливались светом далёких звёзд, а внутри, в зале Совета, кипела тихая война дипломатии. Я сидел во главе стола, чувствуя, как взгляды представителей пяти империй впиваются в спину. Генерал Орлан, прислонившись к стене, жевал что-то липкое, не скрывая презрения. Патрульные Древних — 421-й и 242-й — стояли как статуи, их шлемы скрывали лица, но не мерцание нейросетей за стеклом визоров.