– То или нет, это ты нам скажешь.
– Но как? – сказать, что я ошеломлена, ничего не сказать.
Муж неопределенно передергивает плечами.
– Попросил кое-кого поискать немного. Недавно нашли небольшой дом, он подходит под твои описания. Правда, изнутри его ещё никто не осматривал.
В следующие три часа я извожу себя ожиданием. Дорога оказывается нелегкой. Мы несколько раз пересаживаемся с вездеходов на лодки и обратно. Дорог здесь нет от слова совсем, а некоторые участки и вовсе заболочены. Нетрудно догадаться, что его «поискать немного» крайне преуменьшено.
Когда один из мужчин рассматривает карту, я заглядываю через его плечо и начинаю сомневаться. Мы сейчас в Хакасии, а нашли меня в Красноярском крае неподалеку от границы с Югрой.
Странно, слишком большое расстояние для пешей прогулки девочки-подростка. Как я могла там оказаться?
Все вопросы отпадают сами собой, когда Олег первым выбирается на замыленный скользкий берег и протягивает мне руку. Заметив за его спиной небольшой покосившийся дом, я зажмуриваюсь.
Это слишком, готова я не была.
Воспоминания обрушиваются на меня бурным потоком, разнося собой и сознание, и выдержку. В щепки.
То самое место, в котором когда-то я разучилась мечтать и надеяться хоть на что-то хорошее.
Пока я пытаюсь не разрыдаться, муж понимающе ждет. А мужчина, сидящий за моей спиной, глухо проговаривает, что скорее всего мы ошиблись, ведь это место совсем непригодно для жизни.
Он ошибается.
Когда папа был рядом, этот дом мне казался самым замечательным местом на земле.
– Лен, я буду рядом, – Олег касается моей руки и мягко её сжимает. – Ты ведь хотела?
Киваю.
Муж прав.
Я сама ему говорила, что мне бы очень хотелось освежить в памяти воспоминания об отце.
А теперь, когда до них рукой подать, мне становится страшно. Почему так?
Удушающий запах сырости и какого-то безжизненного отчаяния – первое, что я ощущаю, переступая порог. Здесь всё осталось точно таким же, как я запомнила, и в то же время стало другим. Время не щадит никого и ничто, особенно в таких суровых условиях. Пересекая небольшую гостиную, я оказываюсь в комнате, которую недолгое время считала своей. Отец занимал соседнюю, ту, что гораздо меньше и скорее для кладовки подходит. В то время как у меня здесь была не только кровать, но и письменный стол, и шкаф с книгами и настольными играми.
– Когда папа уехал, ждала я его преимущественно здесь. Выходить из дома, да и просто в гостиную, слишком часто было страшно. Не знаю, как сейчас, но раньше волки водились в этих местах, и много. По ночам они выли где-то поблизости, я жутко боялась. Успокаивая меня, папа говорил, что они сюда не смогут добраться, но, честно сказать, успокаивали его слова не сильно, – делюсь воспоминаниями с Олегом, стоящим за моей спиной.