Толчки становятся более резкими и частыми. Стоны – громче. Сердце сходит с ума и горит.
– Люблю тебя, ты только моя.
Я разочарованно всхлипываю, потому что Олег внезапно выходит.
Причина становится ясна сразу же.
Вздрагиваю, ощущая укус на ягодице.
– Ты автограф решил оставить? – спрашиваю, простонав, будто бы мне действительно больно.
– На всякий случай.
Вот уж поистине человек способен создавать проблемы там, где их нет.
Дальше Олег двигается не останавливаясь. Придавливает меня к постели, целует спину, шею и плечи. Клеймит и ласкает, вырывая из груди хриплые и протяжные стоны. Каждое движение – как признание друг другу в любви и желание раствориться без остатка.
Теряя остатки контроля, он насаживает меня на себя до основания.
Я начинаю хватать ртом воздух, когда сладкая истома, переворачивающая всё внутри, становится огненным шаром и, взорвавшись, начинает растекаться по телу. Содрогаясь в судорогах, выкрикиваю его имя. Хватаю руками влажные простыни и прикусываю до боли губу.
Чувствую, как муж ускоряется, а после – упав в пропасть следом за мной, накрывает мое тело своим. Обнимает и, перекатившись на спину, устраивает на своем плече.
Немного отдохнув и придя в чувства, я вздыхаю.
– Ну вот, теперь снова в душ тащиться.
Олег знает, что я шучу.
– Не сегодня. Ещё немного, и повторим.
– Если ты думаешь, что так меня наказываешь, то я не стану тебя разубеждать, – подначиваю его.
– Тоже мне, страдалица нашлась, – щипает меня за пятую точку. – Я просто подумал – Саше пора обзаводиться братом, ну или сестрой. Вдруг она будет такая же боевая, как и мама? Он пока что вывозит, но всё-таки вдвоем попроще справляться.
– Мудрость от более опытного? – спрашиваю, целуя его плечо.
– А ты против?
– Смеешься? Если ты сможешь выжать из этого тела ещё одного ребенка, то вперед!