Я внимательно смотрел на реакцию княжны. Она слушала серьезно, без тени скепсиса.
— Экспериментальное средство? На войне? Звучит интригующе, князь. И рискованно. Но если оно действительно работает… Готова ознакомиться — ваши научные заслуги широко известны. Подождите! Абсцесс… Это ведь вы, тогда, в Милане?
— Вот и договорились, — сказал я. — Отдыхайте. Завтрашний день будет не легче.
Княжна коротко кивнула и вышла из операционной своей твердой походкой. Я проводил ее взглядом. Да, эта женщина — кремень. Только вот война — это жернова. Сломают ли они этот кремень?
МОСКВА. Въ Первопрестльной печатается партія лубочныхъ картинъ (съ эпизодами изъ настоящей войны) съ китайскими надписями. Картины эти будутъ посланы въ Китай для раздачи населенію въ противовѣсъ подобнымъ же картинкамъ, раздаваемымъ японцами.
Бахмутское происшествіе.
Въ Бахмуте проявилось сильное броженіе умовъ, когда разнесся нелепый слухъ, будто еврейская фирма «Абрамовичъ» послала въ помощь японской арміи три вагона теплыхъ полушубковъ. Оказалось это, понятно, сущимъ вздоромъ. Виновные въ дальнѣйшемъ распространеніи означенныхъ слуховъ будутъ привлекаться къ отвѣтственности.
Еще неделя пролетела как один сумасшедший день. Койки заполнялись, но уже не только тифозными и дизентерийными — стали поступать раненые после стычек разведывательных разъездов к югу от Мукдена. Осколочные, пулевые… Пока не тяжелые, но это были первые ласточки грядущей бури. Операционная работала почти без перерыва.
Михеев оказался бесценным сотрудником, его опыт «скоропомощника» позволял мгновенно оценивать ситуацию и действовать решительно. Гедройц влилась в коллектив на удивление органично — всего один конфликт с Волконской, который я мигом загасил совместным чаепитем. Резковатые манеры княжны и папироска сначала вызывали перешептывания, но хирургическое мастерство быстро заставило умолкнуть скептиков. Она оперировала смело, точно, не боясь сложных случаев, и даже Михеев, старый волк, порой с уважением кивал, наблюдая за ее работой. Они составили отличный тандем, дополняя друг друга.
Я даже начал думать, что худшее позади. Дело ведь не в снабжении и прочем. Я на личные средства могу таких госпиталей не один организовать. Но кто же даст без воли людей в погонах хоть что-то делать? Визит Трепова прошел успешно, поддержка обещана, работа налаживается, команда собирается. Да, война, но мы во «всеоружии». Как же я ошибался…
Все началось с нарочного. Запыленный казак въехал во двор госпиталя в седле полумертвой лошади. В руках — пакет с сургучной печатью и лаконичной надписью: «Срочно. Лично в руки князю Баталову. От генерала Трепова».