Решив повременить с признаниями, Воронцова кивнула себе в отражение и ощутила, как жизнь вновь обретает краски.
Как бы ни была огорчена Марфа, все же подала на обед и кислые щи с тминным ревельским хлебом, и ботвинью с осетриной.
— Кушайте, Анна Витольдовна, сейчас еще пироги подойдут, сладкие, с яблочками сахарными, всё, как вы любите.
— Ты лучше сядь рядышком, да сама отобедай, а заодно расскажи мне все по порядку, — предложила Анна.
— Негоже за господский стол-то, — замахала руками служанка. — Я вам все поведаю, но опосля, а пока кушайте.
Анна не стала спорить с Марфой и, поскорее покончив с едой, позвала прислугу к себе:
— Ну вот, теперь за чаем-то мы можем поговорить?
— За чаем, наверное, можем, — смутилась Марфа, осторожно опускаясь на стул подле хозяйки.
— Вот и славно, — улыбнулась Анна. — Расскажи-ка мне, кем был и как жил твой крестный.
— Ага. Ну, вот, значит, Андрей Аркадьевич жил одиноко. У него была только я, на выходных к нему ездила, убиралась, чай пили. — Марфа шмыгнула носом и вцепилась пальцами в фартук.
— Хотя, если уж по совести, убираться он у себя не позволял, говорил, иначе забудет, что где лежит. А бумаг у него была уйма!
— Он художник был? — уточнила Анна.
— Да нет, не художник. Он архитектором работал, многие здания у нас в Парогорске планировал. Вот и лежали у него повсюду чертежи: и тех домов, что он построил, и тех, о которых мечтал. А он всё знай себе придумывал новые да губернатору носил. Какие-то проекты у него даже брали. Уж он ими очень гордился, — служанка нервно вздохнула.
— Видимо, талантливый был человек, — поддержала её Анна.
— Ещё какой! — тут же согласилась Марфа. — Он ведь столичную академию заканчивал, его в высших кругах знали. Он рассказывал, что дома да поместья проектировал и для графов, и для баронов, и для великого князя. А уж сколько прочих зданий — и вовсе не счесть. Каждый хотел похвастаться, что у него дом тот же архитектор планировал, что и для императорской семьи работал. Вот каким он был человеком! И вот как на такого рука поднялась!
— С этого места поподробнее. Кто нашёл твоего крестного?
— Соседка нашла. Она ему продукты приносила, он хроменький был, тяжко ему приходилось. Так вот, она в назначенный день явилась, дверь открыта, как и обговорено. Она, значит, вошла, зовёт его, а он не откликается. Ну, она прошла в комнату, а он там средь бумаг лежит, и всюду кровь.
— Так, вот тут остановись, — Анна нахмурилась. — Его застрелили?
— Не знаю я, Анна Витольдовна. Мне только и сказали, что убили его. Но пока зацепок нет, и орудия убийства тоже, так что мол, ждите. Да ещё просили сказать, не украли ли чего, — Марфа промокнула глаза краем фартука. — Да только в его бумагах разве поймёшь?