— Ты знаешь, что твой любимчик сегодня сотворил? — обвиняющий перс, направленный на меня, должен был пригвоздить меня к стене, но почему-то ничего кроме смеха у меня не вызвал.
— Его собака сегодня искусала ребенка, а вместо того, чтобы отправить человека в больницу или вызвать «скорую помощь», он увез пострадавшего в неизвестном направлении! — подполковник Рыбкина повернулась ко мне и завизжала, брызгая слюной: — Где Глеб? Куда ты его дел, сволочь⁈
— Не знаю. — я, с деланной ленцой, пожал плечами: — Возможно, к дяде поехал, раз тетя не помогла. Говорят, у дяди большой жизненный опыт в этих делах.
— Какой дядя? — на лице Нинель Павловны отразилась усиленная работа мыслей.
— Дядя его, фамилию забыл…- я пощелкал пальцами в воздухе: — Карасев, что ли? Не помню.
У подполковника в голове что-то щелкнуло, и она тяжело опустилась на стул.
— Ольга Борисовна… — я не стал терять время и открыл папку: — Докладываю вам, что в процессе работы по делу об уничтожении личного имущества граждан, было установлено, что поджег устроил родной племянник товарища подполковника. Так как он дал явку с повинной, что поджег был совершен умышленно, из-за отказа его знакомой, проживавшей по указанному адресу, вступать с ним в интимную связь, то, в соответствии с уголовно-процессуальным кодексом, данное дело подпадает в посредственность следственного отдела. Вот мой рапорт, вот материалы. Вы его подпишите и передайте товарищу подполковнику, а я пошел дальше работать.
— Господи, какой идиот. — Нинель Павловна закрыла лицо ладонями, как я понимаю, эти слова относились, отнюдь, не ко мне.
— Да, кстати, Нинель Павловна, собаку я пускал в наморднике, потому что вашего двухметрового лося остановить очень непросто. И, перед тем, как отпустить парня из Левобережного РУВД, я его сфотографировал на фоне часов и дежурного, так что, если у Глеба появятся синяки и телесные повреждения, вопросов мне не задавайте. А насчет не трогать — когда я вчера пытался его пригласить в отдел, он просто убежал от меня, побежав через дорогу, чуть не попал под машину, а потом появились вы с моей повесткой и сказали, чтобы я даже думать забыл о вашем родственнике…
— Громов, но я же просила не трогать Глеба! Если он что-то натворил, мы бы все решили…
— А вы не оху… и товарищ подполковник в своей любви к родственникам? Вам не кажется, что-то ваш упыренышь… Кстати, как юрист с юристом, давайте больше не называть совершеннолетнего парня ребенком и мальчиком. Так вот, ваш племянник, пользуясь вашим покровительством, творит в Нахаловке все, что ему заблагорассудиться. А если бы при пожаре люди погибли? Ладно, я воспитатель плохой, пойду к себе, но позднее я бы хотел с вами обсудить рецепт ухи из карася…