– А это страшно, – говорю я со знанием дела. – Ты знал, что она занималась боксом и у нее хороший хук слева? Нет? Так вот знай. Зарядит в бубен так, что ветер в ушах засвистит.
– Я скорее брошусь под поезд, чем позволю себе обидеть Аньку, – на полном серьезе парирует братец. – Не для того я больше полугода заползал под ее каблук. А вот ты разве не должна быть с ней? Ты как тут вообще оказалась? Мы же должны были все встретиться в ЗАГСе.
– Должны были, но я неожиданно вспомнила, что забыла утром в кабинете телефон. А сегодня мне будет звонить один отвратительно пунктуальный поставщик, для которого неотвеченный вызов – конец света. Так что, Анька с родителями, у них все под контролем. Они привезут ее. Кстати, – дергает меня за запястье девчонка, поглядывая на мои наручные часы, – через десять минут нам надо выдвигаться. Вы готовы?
– Повесить другану на шею брачный хомут? Всегда готовы, – выдают Минеевы.
– Как насчет кофе для храбрости? – предлагает Рус.
– Только с храбростью не перестарайся, – говорю я.
Рус весело отмахивается, и троица вываливается из моего кабинета, оставляя нас с Лебедевой наедине. За закрытой дверью. Меня – в отвратительно неловко сидящем на мне костюме. И ее – в крышесносно-горячем платье. Платье, желание которое снять с нее, растет во мне в геометрической прогрессии с каждым ее новым вздохом, поднимающим в вырезе грудь. Я слишком хорошо помню, как эта «двоечка» выглядит без этого обтягивающего корсета. Помню родинку в ложбинке и маленькие горошины сосков, которые просто охеренно ощущаются на языке в порыве страсти.
Засада! Воздержание длинною больше чем в две недели – прямо с того раза, когда я оказался выставлен за дверь квартиры Лебедевой, неожиданно всей своей мощью наваливается на мои плечи. Еще и парни со своими шутками дурацкими… Я чувствую, как у меня «привстает», и тут же прячу руки в карманы брюк, чтобы волнения ниже пояса не были столь очевидными.
– Кстати, неплохо смотришься в костюме, Романов, – нарушает установившуюся в кабинете тишину Оля, хмыкнув. – Так ты меньше похож на неуклюжего медведя.
– Если это комплимент, то он плохой, Лебедева, – замечаю я.
– Ну, пардон, мед в уши лить не умеем. Кстати, кольца где? Надеюсь, ты их не потерял? Вот будет фиаско, если в зале бракосочетаний окажется, что у тебя их нет. Ха-ха. Нет! Я, конечно, всегда счастлива посмотреть на тебя в очередной унизительной ситуации, просто Аньку жалко. Это ее день, все-таки, – тараторит Ольга, пока я демонстративно ныряю во внутренний карман пиджака, планируя ловким жестом опытного фокусника достать оттуда бархатную коробочку, что братец мне всучил сегодня утром. Да…