— А если он еще не успел просмотреть анкету?
— Тем хуже для него. Он упускает возможности. Вы сообщаете ему, что составляете план встреч на завтра и хотите включить его в график. Тем самым даете понять, что если он будет тянуть резину, ждать, когда он отдуплится, никто не станет. Кандидаты будут отправлены по другим фирмам. Это его подстегнёт.
— Есть, сэр, — Есико шутливо отдала честь по-военному, — На какое время назначать встречи?
— На первую половину дня. Я так понимаю, представитель агентства должен присутствовать во время случки… пардон, во время встречи работодателя и соискателя?
— Конечно должен, Масима-сан.
— Значит, буду присутствовать.
Есико принялась за работу, а я снова покинул здание Техиро. Девушка свою работу поняла, выполняет старательно и даже с огоньком. Не вижу смысла торчать у нее над душой.
Я заехал к себе домой, прихватил ролекс и отправился по адресу, который дал мне гопник Хиро. В невзрачной лавке, торгующей буквально всем, от подержанных магнитофонов до сувенирной продукции, на высоком стуле в углу торгового зала сидел совершенно лысый мужичок в толстых очках.
— Добрый день, — поздоровался я, — Мне вас порекомендовал Хиро.
Мужичок посмотрел на меня поверх очков.
— Что вам угодно?
— Хочу продать часы. Подарок дедушки, а сейчас… деньги нужны.
Он взял у меня из рук ролекс и, зачем-то потерев глаза, посмотрел на него сначала без очков, потом в очках и, наконец, через лупу.
— Ну что, товар настоящий, маркирован по японским нормам, какое-то время провёл в воде, — тоном судебного эксперта заявил мужичок. — Подождите минутку…
Хозяин лавки развернул ноутбук на столике рядом и, забавно покачивая ногами, безошибочно по одному только внешнему виду определил марку, вбил её в поисковик какого-то сайта, нашёл такие же, только новые часы в продаже, их наличие и цену.
Потом его пальцы замелькали по клавиатуре и он, не стесняясь моего присутствия, залез на сайт местного полицейского департамента, проверяя, нет ли таких часов заявленных как украденные.
— Могу предложить вам за эти часы, в случае если вы намерены их продать, а не принесли просто проверить, две тысячи девятьсот американских долларов. Оплата в йенах по текущему курсу Центрального банка Японии.
— Я рассчитывал выручить за них больше, — аккуратно без нажима возразил я, понятия не имея, можно ли торговаться с японцами.
— Ну, — закряхтел он, — Максимум три тысячи двести долларов. Больше, простите, не дам.
— Ну, пусть будет столько, — я прикинул, что если новые часы стоят семь тысяч, а эти, несмотря на отсутствие криминальной составляющей, всё же не новые, лежали в воде и без чека. Так что за пол цены отдать незазорно.