Андропов опустил на столешницу сцепленные ладони, и глянул на Минцева.
— Георгий Викторович извертелся весь, — зажурчал он. — Есть, что добавить?
— Есть! — выдохнул Жора, поведя головой, словно галстук ему жал, хотя крепкая выя обходилась без оного. — Версия! Верная!
Иванов покосился на хозяина кабинета.
— Немного самонадеянно. Да, Юра? М-м… Юрий Владимирович?
— Да, Боря, — дрогнули губы Ю Вэ, — Борис Семенович.
Но Минцева было не смутить. Хлопнув в ладоши, он со слышным шорохом потер их.
— Буквально вчера мы идентифицировали того самого «спящего агента» которого упустили в начале лета. Блеер еще в сентябре подписал нам ДОР…
— Да-да-да! — оживился Андропов. — Мне докладывали, но без особой детализации. И кто он, этот шпион Гадюкин?
Жора улыбнулся мельком.
— Его настоящее имя — Богдан Алексеевич Щербина. До выхода на пенсию руководил 2-м отделом УКГБ Украины…
— Ого! — воскликнул с неудовольствием Иванов.
— Да-да! — нетерпеливо отмахнулся Минцев. — «Разбуженный» устроился бухгалтером в Военмед…
— Опять Военмед… — заворчал Борис Семенович, и тут же вскинул руки: — Молчу, молчу!
Жора рассеянно покосился на него.
— Щербину как раз повысили, и мы с Цветковым, тамошним «контриком», заглянули к нему в кабинет. Готовились мы ко всему, но обошлось без эксцессов. Агент лишь вздохнул — и предложил нам сесть. Попросил еще — так, знаете, стыдливо отворачиваясь, — чтобы жене ничего не сообщали пока…
— Так он уже и жениться успел? Молчу, молчу…
— Успел! А когда мы предложили ему сотрудничать на благо, так он даже обрадовался! И я ему поверил, Юрий Владимирович…
— Ну, понятно, — фыркнул Иванов. — Семейный семейного…
Подполковник лишь наметил улыбку.
— Не поэтому, — мягко сказал он. — Щербина выложил если не всё, то многое. Он переметнулся к штатовцам еще в пятьдесят шестом, после событий в Будапеште. И по идейным, и по корыстным соображениям. Но действовать против нас стал, лишь выйдя из «спячки»… Помните, как наши опера подслушали его разговор с Карлом Фостером? Записать удалось не больше половины, но Щербина, с оперативным псевдонимом «Сталкер», заполнил лакуны! Вполне вероятно, что он дословно передал всё, сказанное цэрэушником. А задание у него было… Знаете, какое? Выйти на «Источник»! Так в ЦРУ именуют нашего «Сенатора»!
— Не хреново девки пляшут… — начал было Иванов, и смолк.
— Погоди, Борис Семеныч, — загадочно улыбнулся Минцев, — это лишь подтанцовка! По словам Фостера, американцы предполагают, что «Источник» — это подросток. Как и мы. Но самое же интересное заключается в том, что цэрэушники уверены — «Источник» был сформирован со всеми своими особыми свойствами в клинике Спивака! — Жора подался вперед и широко развел руками. — И считают вероятным, что «Источник» — это как бы взбунтовавшийся «продукт» советского аналога «МК-Ультра» и его подпрограмм, или же феномен возник по причине слабого контроля над результатами экспериментов!