— Добрый день, Виталий Евгеньевич. Что там по Хрулёву? Говорят, сняли?
— Да, госбезопасность задержала и самолётом в Москву. Это ночью было, с нашего аэродрома, вы на вылете.
— Что он опять натворил?
Вопрос вызвал усмешку у комиссара. Это да, Хрулёв ещё тот креативный гений. От некоторых его идей другие за голову хватались. И ведь проталкивал их. Нельзя сказать, что везде дурь пёрла, много интересных, действительно облегчавших в некоторых моментах, но и дичь была. А тот меры не знал. Ему из Москвы уже сто-пятьсот новое последнее предупреждение давали. Видимо не выдержали. Я подобного ожидал, рано или поздно терпение должно было лопнуть. Только почему сейчас? Почему не позже? Меня это коснётся? Да не должно, комфронта крепко сидит на своём месте, пока не меняли, как Сталин любит тасовать командующих, перекидывая с фронта на фронт. И нет, у нас не Тюленев, тот Резервным фронтом командует. У нас генерал-армии Рокоссовский, принял фронт ещё будучи генерал-лейтенантом. Меня удивило, когда узнал кто комфронта, я тут не влиял. А вот начальник штаба уже полгода как генерал-лейтенант Романов. Из тех генералов, что я освободил. Остальные кто остался, кто разными путями добирался до наших, через Турцию, а тот лечился в швейцарской больнице. Только весной прибыл в Союз. Месяц проверок и дальше служба, и вот у нас полгода. Хороший командир, и ко мне относится отлично. А тот генерал-татарин, остался в Швейцарии, получил там гражданство. Тут его или расстрел или срок ждали, вот и решил не рисковать. Но это его решение, мной одобряемое. А так пообщались с комиссаром, тот всё же не знал причин снятия Хрулёва, а то что это никого не удивило, о многом говорило. Глянем кого пришлют на его место.
Вот так посетил душ, и вскоре уже спал, пока денщик по хозяйству возился. В конце мая я с женой договорился доставить ту с сыном в Сочи, надеюсь получиться. С Хрулёвым под боком, мне шли навстречу по таким просьбам, а вот без него, даже не знаю, могут и закрутить гайки, хотя я вроде и не наступал никому на пятки, не оттоптал, но завистники всегда есть. Будем ждать и готовиться к любым неожиданностям. А чего остаётся делать?
Первые три дня прошли как и прежде, ночами летаем, но сегодня слух прошёлся, что к нам назначили новым Членом Военного Совета, Хрущёва. Чёрт, этого-то хряка зачем? Ничего хорошего, я о нём не слышал. Самодур. Хрулёв по сравнению с ним это чуть сумасшедший учёный с лёгкими заскоками. Сам я с ним не встречался, но наслышан. При этом по партийной линии, Хрущёв был идеален, в пример ставили. Ладно, если что пойдёт не так, ликвидирую. А ледяной стрелкой, это при мне произойдёт, но на меня никто не подумает. А пока так и летали. Хрущёв уже осваивался, у нас штаб в Николаеве стоял, наш аэродром на окраинах города. Но жили мы, я в том числе, при аэродроме, чтобы сразу на вылет, если потребуется. И летаю я на трёх самолётах. Один на дежурстве, второй в запасе, третий в ремонте, и часто машины меняются местами. Вон «СБ», на котором летаем, скоро снимут, на замену моторов, у этих уже ресурс в ноль. Значит запасной переходит в статус рабочего. Наступило шестнадцатое мая, когда меня разбудили, время одиннадцать дня, три часа как сплю, и в штаб. Посыльный на машине, отвёз.