— Как ты это сделал?
— А как ты создаешь меч из своей сердцевины? — вскинул он брови.
— Мы зовем это Духом, — медленно проговорила я.
— А мы — сердцевиной. Душой.
— Значит, твой посох — это своеобразная нейропанель? Ты преобразовываешь свою сердцевину?
Если так, то воспользоваться чужим оружием будет проблематично.
— Я тебя не понимаю, Алмаз. Да и времени на болтовню не осталось. Врата в Оазис скоро откроются.
— Это называется Темное Эхо.
— Врата.
— Эхо. — Мы неприязненно уставились друг на друга. — Ладно, и что я должна достать?
— Шкатулку, — после паузы ответил мужчина.
Я вдруг поняла, что он нервничает, виски пустынника покрылись испариной, а пальцы, сжимающие посох, побелели. Неужели этот предмет столь важен для него?
— Шкатулку с одним предметом. Предмет из серого стекла, вот такой формы. — Мадриф быстро начертил на песке вытянутый овал. — Размером с твою ладонь.
— И что это такое? — заинтересовалась я.
— Это… эгрегор. — Мадриф произнес непонятное слово. — Больше тебе знать не нужно. Убедись, что предмет в шкатулке, и ни в коем случае его не доставай. Это очень опасно. Достанешь — и умрешь в страшных муках.
— Вот как. — Задание нравилось мне все меньше.
— На тебе одежда низшего наблюдателя.
Мельком я глянула на выданный мне наряд: свободные штаны, рубаху, сверху — длиннополую накидку, левую часть которой украшала золотая вязь. На мой взгляд — просто узор, но судя по всему — визитная карточка того, кто его носит. На голове — белый тагельмус. Мадриф поправил выбившийся кусок ткани, закрывающий губы и нос.
— Если кого-то встретишь — смотри в пол, глаз не поднимай, они у тебя слишком необычные. Ни с кем не разговаривай. Найдешь нужную полку, возьмешь шкатулку и вернешься обратно.
— Так просто? — хмыкнула я.
— Да. Мои ишваро не могут зайти в хранилище. Мой поводок не пускает. Но ты… ты другое дело.
Он посмотрел на обугленные развалины, нервно сжимая пальцы. Признаться, в этот момент Мадриф выглядел настоящим безумцем, такой дикой жаждой искажалось его лицо. Даже белые шрамы от когтистой лапы, перечеркивающие щеку, побагровели от эмоций.
— И где мне искать эту вещь?
— Мы в нужном месте, я расскажу, куда идти. — Его глаза прилипли к черной стене, словно он не мог оторвать от нее взгляда. Я тоже посмотрела, но это были все те же руины, мало отличимые от череды таких же. Разве что песка больше. Мы стояли на небольшой площади, с двух сторон высились черные барханы. Из-под правого торчала исполинская каменная рука, похоже, когда-то там было мраморное изваяние. Впереди виднелись остатки здания. Мадриф торопливо описал маршрут, с каждым мгновением волнуясь все сильнее.