‑ В самой жёсткой, Ингро, ‑ произнёс он твёрдо. ‑ В самой жёсткой. Он не только сбежал, убив человека, которому я гарантировал безопасность, но и уничтожил имущества на миллиард золотых. Машины, разработки, эксклюзивные контракты… ‑ король чуть качнул головой. ‑ Кто‑то должен за это ответить перед Советом Властителей. И это точно буду не я.
Марсана ‑ огромный мегаполис на берегу Лантильского залива, на берегу Серединного океана. По последней переписи население города перевалило за восемь миллионов и не собиралось останавливаться. В центре возвышались роскошные башни из стали и стекла, играющие бликами в солнечном свете. Чуть поодаль лежали купеческие и банкирские районы ‑ кварталы плотной, добротной застройки, где каждый дом служил одновременно и витриной, и крепостью. А окраины, как водится, отданы под рабочие кварталы, дешёвые доходные дома и всякое городское отребье.
Прибыв в столицу, Александр вышел из автовокзала в шум, жар и дымные запахи большого города. Поток людей, крики зазывал, гул транспорта, над головой ‑ линии эфиротранспорта и связные мачты. Он поймал такси и для начала добрался до северной окраины, в тихий, неприметный район. Там зашёл в маленький магазинчик одежды, где без особых расспросов разменял золотой по не самому выгодному курсу. Сейчас ему важнее скорость, чем лишние проценты.
Получив на руки пакет с одеждой и пачку местной наличности, он сел уже на обычный городской автобус, проехал три остановки и вышел у входа в крупный парковый массив, плавно переходивший в настоящий лесной клин, врезавшийся в городскую застройку.
Войдя вглубь, Александр нашёл место поукромнее, устроился в переплетении кустов и достал крошечное зеркальце. Времени у него было немного, но затягивать с этим он не собирался. Для начала аккуратно вытащил из носа расширители ‑ маленькие вкладки, сделанные из манжет парадной рубахи архимага, из‑за которых переносица казалась толще и лицо ‑ грубее. Затем стёр с кожи тёмную краску из масла и сажи, придававшую вид крепкого загара, и снял кусочки прозрачного пластыря, которые чуть натягивали кожу вокруг глаз, создавая иллюзию более узкого разреза, снял имитацию небритости с нижней челюсти, усы и седой парик с головы, абсолютно преображаясь.
Но он снова наложил грим, преображаясь в мужчину лет двадцати пяти, с острыми скулами и длинным носом.
Единственное что он не мог сменить так это фигуру, но в этом мире таких здоровяков ходило немало. Кто‑то по старинке качал железо, кто‑то пользовался услугами магической медицины, выправляя тело под модный стандарт. Широкоплечий, мощный самец в расцвете сил находился сейчас на пике городской моды, и в толпе он становился не заметнее других, а наоборот ‑ просто одним из.