— Министерство транспорта и снабжения, — сказал он наконец. — Не министр конечно и даже не директор департамента. Сотрудник департамента лицензий и допусков. Но с ключевым доступом. Подписи по временным и заместительным схемам, аварийным маршрутам, приоритетам движения и сопутствующим разрешениям. Его зовут… — он запнулся, на секунду сжал зубы. Блокатор на шее коротко вспыхнул. — Его зовут Эйрин Сольм.
— Должность? — сразу спросил Хирс.
— Заместитель главы департамента.
Деркас выдохнул, понимая, как всё глубоко зашло. Заместитель главы департамента — это фактически третий эшелон исполнителей, и высший уровень работы с практическими решениями. Выше уже только стратегические решения.
— Твою мать.
— Именно, — согласился Ардор. — Очень удобная должность, через которую можно открывать и закрывать нужные маршруты по всей стране.
Реват прикрыл глаза.
Сказанное уже висело в воздухе, и он это понимал. Перешёл ту линию, после которой молчание не возвращает честь, а только увеличивает количество боли.
Поэтому следующие ответы пошли легче и быстрее.
Да, Мевор — региональный координатор по транспортным узлам.
Да, страховой контур шёл через «Дельн-Аст» и ещё две прокладки, названия которых Реват знал только по обмолвкам других участников схемы.
Да, «Северный маршрут» в столице был не основной конторой, а безопасной точкой связи.
Да, «Господин Ахор» не чиновник и не силовик напрямую. Скорее внешний куратор, связывающий столичный административный слой с теми, кто приносит деньги и ставит задачи.
— Баллария? — спросил Ардор.
Реват помолчал.
— Деньги — оттуда. Частично. Но не только. Там всё в кучу.
— Кто ещё?
— Местные. Наши же. Те, кто считает, что власть короля не должна мешать их заработкам
Вот это уже звучало почти философски и оттого особенно мерзко.
К моменту, когда допрос закончился, за окном начинал сереть рассвет.
Не красивый, чистый рассвет поэтов, а тот армейский предутренний час, когда воздух становится холоднее, лица — жёстче, а солго и злость — одинаково необходимыми для продолжения службы.
Реват сидел в кресле, как человек, из которого вынули не внутренности, а стальной каркас. Живой. В сознании. Но уже пустой в том смысле, который бывает после правильно проведённой ночи. Ещё не труп, но уже и не фигура.
— Всё? — спросил врач.
— На сегодня да, — сказал Ардор.
Хирс закрыл блокнот.
— Нам хватит, чтобы поднять следующий слой.
— Если наверху не начнут срать себе в штаны от масштаба, — мрачно заметил Деркас.
— Не начнут, — сказал Ардор. — У них там для этого специальные люди есть. Более опытные.