— Так! Я понимаю, решение ты не поменяешь? — пробасил он, — …и все-таки покидаешь нас! – Папа не спрашивает, он видит это по нашим лицам. Роман Иванович облокотился спиной о стену, взгляд серьёзный и твёрдый, но знаю что ему даже труднее, чем маме.
Сейчас он не проявит своего беспокойства внешне и будет сильно переживать внутри, когда я уеду, мама уснет, а он запрётся в своем кабинете до самого утра.
— Да, я всё решила, и прошу, не держите, мне и так тяжело, – поднимаюсь со стула, подхожу к папе и утопаю в его тёплых объятиях.
— Может, ты всё-таки объяснишь, ну ли наврёшь что-нибудь другое, более убедительное? М, дочка? Что случилось? — опустил свой подбородок мне на макушку, стискивая ещё крепче.
— Пап тебе мама всё расскажет, только позже, после того как я уеду, я люблю вас, очень, ты знаешь… мне и так тяжело, – обнимаю папу за шею, пряча слёзы.
— И мы тебя любим, детка.
К нам тихо, почти бесшумно подошла мама и обняла меня со спины. Мне тяжело уезжать из родного дома, города. За двадцать два года своей жизни не расставалась с родителями больше чем на пару недель, только когда ездила с Матвеем отдыхать на море в Витязево.
На кухню вошла заплаканная Ксюша, я протянула руку и обняла подругу.
— Всё не плачь, обещаю, я буду звонить! И к тому же не на другую же планету в конце концов, — говорю Ксюше в надежде, что так и будет.
— Да, — шепчет Ксюша, — но ты не думай, что от меня так легко избавится. Не выйдет, – смеётся сквозь слёзы.
— Обещай позвонить, как только прилетишь, — шепчет ещё глуше Ксю, а я вижу как ей тяжело отпустить меня.
— Обещаю, — сильнее обнимаю Ксюшу.
— Ладно, не буду вам мешать, проводишь меня? — вытирая слёзы, подруга отстраняется от меня.
— Да.
— Пойдём, — беру подругу за руку, выходя из дома направляясь к воротам, где стоит машина Ксюше.
— Ксю, пообещай, что не станешь, ничего выяснять у Матвея и будешь общаться с ними как и раньше. И не говори где я, скажи, что не знаешь, не видела меня, что не встречались, — прошу подругу не лезть в эту историю, ведь она встречается с лучшим другом Матвея, и это может привести к их разрыву отношений.
— Арин, ну что ты такое говоришь? Как я смогу с ними общаться после того, что они сделали? Нет! Я не смогу, не смогу как прежде! Ты посмотри на себя, куда делась моя весёлая, солнечная сестричка? – возмущается подруга, выдёргивая свою руку из моей, её милые черты лица искажаются гневом. Она вообще выглядит как девочка, с глазками-лукошками и вздёрнутым веснушчатым носиком.
— Просто пообещай, я не хочу, чтобы ты поругалась с Никитой. Не хочу быть виноватой, быть камнем преткновения в ваших с ним отношениях. У тебя своя жизнь и ты её выстраивай, это глупо портить отношения с человеком, который ни в чём не виноват, разве только в том, что он лучший друг моего парня, бывшего, — поправляю я тут же, складываю ладони вместе в умоляющем жесте, взывая к разумности.