КСЮША
Стою на пороге дома лучшей подруги, жду, когда откроют дверь, не могу дозвониться до неё со вчерашнего вечера — Арина всегда отвечала на мои звонки, а если была занята, то перезванивала. Дверь открывается, на пороге стоит её мама.
— Евгения Алексеевна Доброе утро! Арина дома? Я звоню, а она трубку не берёт, вот я и решила заехать узнать всё ли в порядке, — стою, жду ответа, — замечая на лице тёти Жени беспокойство.
— Ксюша милая проходи, Арина пока ещё дома, она вещи собирает. Может ты — сможешь повлиять на неё, она в Америку собралась улетать! — голос женщины дрожит, да и по глазам заметно, что плакала не один час.
— Как это в Америку? Что случилось? — от такой новости забываю снять обувь, как чуяло моё сердце, неспроста Риша трубку не берет.
— Ксюша, не знаю, ничего не знаю, она не говорит, вчера вечером вернулась бледная сама не своя. Закрылась в комнате, а сегодня утром нам с отцом говорит, что улетает. Роман Иванович пытался с ней поговорить выяснить, что случилось, а она заладила — «так надо». Всю ночь на — успокоительных пробыла, — вытирая слёзы руками тараторит тётя Женя.
А я ещё сильнее начинаю волноваться. Арина очень любит своих родителей, она даже к Матвею не переезжает жить, чтобы родителей не оставлять одних, хотя до его квартиры 30 минут езда. А Америка вообще на другом конце света.
— Евгения Алексеевна, вы главное не волнуйтесь, всё будет хорошо, — подхожу, обнимаю женщину за плечи — тетя Женя мне как вторая мама. И пожалеет, и когда надо поругает, и совет дельный даст.
— Ксюша, иди, поговори с ней узнай, что случилось? Я места себе не нахожу, — мольбой в глазах говорит женщина.
— Хорошо я постараюсь узнать, — выпускаю женщину из объятий, направляюсь к лестнице, которая ведёт на второй этаж. Внутри меня поднимается ещё большее волнение за подругу, после рассказа тёти Жени, что случилось с моим лучиком света, что толкнуло её на такое поступок — бросить всё и уехать?
Стучу в дверь и захожу в комнату, не дожидаясь разрешения, прикрываю за собой дверь.
— Арина, солнышко, что случилось? Куда ты собралась? — спрашиваю, наблюдая, как подруга мечется по комнате, собирай вещи в чемодан, под глазами синяки, на голове птичье гнездо.
— Ксю, поверь, так надо. Я.. я… мне нужно, не спрашивай, пожалуйста, — по лицу Арины покатились слёзы, девушка присела на кровать и закрыла лицо руками. Плечи содрогаются от беззвучного рыдания.
Подошла ближе, опустилась перед ней на колени, поглаживая её по голове. В горле встал ком — больно видеть родного тебе человечка в таком состоянии.