— Рыбу.
И это было так восхитительно! Будто нас объединила какая-то тайна, сразу сделав напарниками, союзниками или заговорщиками. В общем, теми, кто имеет один секрет на двоих. Опасения и страхи куда-то испарились. От этих мыслей улыбка невольно появилась на лице, и Альберт тут же отзеркалил ее.
Я выбрала эклеры с ванильно- масляным кремом, коробочку маленьких пироженок ассорти и два ароматных пирожка с мясом моего брутальному хвостатому другу.
И в гости я уже шла как в гости. С радостным предвкушением хорошего вечера и без сгрызающих настроение терзашек.
— У тебя одноразовая тарелка найдется? — сразу спросила я.
— Чтоб не мыть посуду? – улыбнулся Альберт.
— Нет, Данте пирожки положить. А то он хоть и мой друг, но я не знаю, как у него с глазомером. Не разберет, где граница пирожка, а где рука. А мне потом протез заказывай, — с небольшой долей шутки объяснила я.
— Так коробку из-под пирожных возьми. Она широкая. А то на пакете барину подавать негоже.
Мне нравилась его ироничность, уверенность, хотя и в нем самом было что-то от барина. Небольшой налет добродушной снисходительности. Которая кстати, и позволяла мне не дергаться.
Пока кипятился чайник, я пошла мыть руки и украдкой рассмотрела квартиру. Двухкомнатная, с широким коридором. Спальня и гостиная. Большая кухня, разделенная небольшим «островком» — высоким столом- шкафом. В обеденную зону откидная столешница, к которой были придвинуты барные стулья, в кухонную — полки с дверцами. И восхитительно белый кожаный диван и низкий столик, очевидно, для того, чтоб попить чай или что-то другое и смотреть телевизор на противоположной стене.
Все продумано, лаконично и стильно.
Альберт притушил верхний свет, оставив мягкую круговую подсветку, которая не слепила глаза, а создавала атмосферу уюта. Как и потрясающе красивые красные с золотом чашки с такими же блюдцами. Увидев, что я залюбовалась ими, пояснил.
— Это мама из Китая привезла. Сказала – специально для того случая, когда пригласишь девушку в гости.
— Наверно, мама у тебя золото! – сказала я совершенно искренне.
— Она идеал, — как хороший сын, подтвердил он.
В общем, запланированное чаепитие прошло в самой романтичной атмосфере.
Когда был выпит последний глоток, я, глянув на часы, подхватилась мыть посуду. Но Альберт меня остановил.
— У меня посудомойка. Продавец заверил, что обращается с посудой нежней девичьих пальчиков. Я мигом. А ты посмотри пока мои альбомы.