Я хотела было опять повторить свое категоричное – «Ни. За. Что.» Я не собиралась оставшиеся до родов две недели сидеть матрешкой дома. Но прострелившая поясницу боль, внесла существенные коррективы в мои планы.
Я едва удержалась, чтоб не ойкнуть, благо Илья терся носом о мой живот и не заметил гримасы боли. Медленно выдохнув, я постаралась как можно спокойней сказать.
— Ну ладно. Поезжайте без меня. Я тут как раз ролик про раннее развитие хотела посмотреть…
— Что-то ты быстро согласилась, — подозрительно покосился Илья. – У тебя все в порядке?
— Абсолютно! – заверила я.
Убедившись, что мои любимые выехали со двора, я позвала Анфису и вызвала скорую. За то, что они могут задержаться, я не волновалась – платная приезжает чуть ли не раньше, чем закончил с ними разговор.
Анфиса начала было заполошенно кудахтать, что надо Илью вернуть, но я ее усмирила.
— У Аришки концерт, и она не должна нервничать. Да и Илья и сам изведется, и мне будет мешать рожать. Пусть будет ему сюрприз!
И сюрприз удался на славу. Четыре килограмма. Самый младший Никита Ильич родился крепеньким и горластым.
Но прежде, чем сообщать мужу об этом, я дождалась, пока Анфиса мне позвонит и сообщит, когда они будут въезжать во двор, чтоб новость не застала в дороге. Я представила ошарашенное лицо мужа, но угрызений совести не испытала. Пусть это будет маленькая месть за то время, что он изображал из себя неприступную крепость.