— Так они же…
— Ждут тебя, глазки строят, а ты им на приданое заработать не даешь! И себя глупостями разными занимаешь! Небось, тоже о политике все думаешь? Бабу себе заведи и не майся дурью!
Странный у нас получился разговор. Чувствовалось, что я чего-то не знаю или не понимаю. На всякий случай даже хотел со служанками сговориться, но тут же вспомнил о таком месте, где я еще не проводил никакие исследования и расспросы! Забыв о служанках, я выскочил из дома и помчался в храм Манна.
Ну вот чего она возбудилась, будто я ей чего неприличное предложил, а у нее сейчас женские дни и она не может. Разоралась: «Только Манн — бог и Целостный является Голосом его». Слышал я уже об этом, и даже признаю это. Правда-правда! Я с богами не ссорюсь. Все боги хороши!
А с чего началось все? Так я пришел на площадь перед храмом и просто поинтересовался у первой попавшейся служительницы о том, что за боги такие — женщина с телом паука и четырехрукая женщина с телом змеи. Не знаешь таких богов, так и ответь, зачем кричать и называть богохульником? Я ведь Манна уважаю! Лично ему это подтвержу, как только он ко мне явится. А то напридумывают себе богов… а ты потом разбирайся, в кого верить. Так что я всех уважаю, а верю только в тех, кого лично видел. Вот помню… Чего? Уже рассказывал вам про Перуна? Правда? Ну, ладно, верю. Хе-хе-хе. Такой вот каламбурчик получился. Хотя в существовании Манна я не сомневаюсь, этот бог реальный. Бессмертный Целостный тому самое яркое доказательство. Но вот увидеть все равно хочется.
Тем временем жрица Манна перестала орать и брызгать слюной, и взялась за меня всерьез. То есть потащила в храм. Да еще и в святая святых, в те покои, куда только девственным девушкам, да жрицам вход разрешен. Там я впервые увидел жертвенный камень, на котором жертвы Манну приносят. Обычная такая гранитная плита, да фаллос на ней, посредством коего девушки со своей девственностью расстаются во славу божью.
Хм. А чего он такой маленький? Он же должен символизировать божественный орган. А тут такое вот недоразумение. Вот помню, у Перуна такая дубина между ног. Убить можно! А этот… несерьезный какой-то. Хотя молодым девицам, наверное, в самый раз.
Ну а пока я о божественных пиписьках думал, вокруг меня собрался целый консилиум местных служительниц. Обступили со всех сторон и смотрят так недобро. Будто подозревают в чем или прибить хотят. Марта так на Петра смотрит, когда в очередной измене его обвиняет. Только вот я никому не изменял! Я вообще с женщинами дел не имею!