Время шло. Я занимался как сумасшедший, и Молот уже воспевал и расхваливал Лему, считая это её достижением. А я не спешил переубеждать старого друга.
Среди ребят тоже происходили перемены. Из двадцати человек, с которыми я начал тренировки, осталось всего пятеро. Остальные погибли на арене. Плюс Крит помог сгинуть нескольким из них, когда подговорил на побег. Новичков прибавилось, и некоторые показывали вполне достойные результаты. Настолько сильные изменения в коллективе, а ведь даже года ещё не прошло. Теперь я понимал, почему нет близкой дружбы среди гладиаторов. Она просто не успевает завязаться. Да и смысл, если в любой день каждый может сложить голову на арене.
За три дня до боя появился Скам. Процедура, в общем, стандартная. Вот только я не заметил, как так быстро пролетело время. И даже удивился его заявлению.
Противника звали Змей. Тощий, высокий и гибкий. Он выходил на арену с копьём и владел им виртуозно. Не просто так он смог добраться до этих высот, ведь на арену выходят только победители. Это в боксе можно посчитать количество побед и поражений, здесь проигрыш — смерть.
Хотя бывали прецеденты, когда публика настолько сильно влюблялась гладиатора, что заставляла императора сохранить ему жизнь. Вот только подобное можно пересчитать на пальцах одной руки. Люди жаждут крови. Они платят деньги, чтобы увидеть на песке кишки.
Свет ударил в глаза. Трибуны встречали своего героя:
— Без-ли-кий!
— Без-ли-кий!
Толпа кричала, а кое-где уже начались потасовки, хотя мой противник ещё даже не появился. Про косу пришлось забыть. Моя левая рука сжимала короткий меч, широкий, похожий на лепесток. Скорее даже — на лист ивового дерева.
Я отбил поклоны публике и помахал своим новым приобретением на культе.
Ворота напротив открылись, и на арену выпустили Змея. В отличие от меня, ему достались жидкие аплодисменты, а кто-то даже освистал его. Но тому было всё равно: лицо сосредоточено, губы сжаты так, что превратились в тонкую, белую нить. Этот будет даже опаснее, чем Утёс.
Звук горна завибрировал в животе, и на этот раз схватка началась с привычного танца по кругу.
Осторожные выпады со стороны Змея я отражал играючи, но сам в атаку лезть не спешил. Об этом бойце ходят легенды: он наносит смертельные удары из, казалось бы, безвыходных ситуаций. И это его конёк. Кличку Змей просто так не дают.
Двигается мягко, плавно, копьём работает с лёгкой небрежностью, какая свойственна только профессионалам.
Очередной осторожный выпад отражаю мечом. Но на этот раз копьё не останавливается и работает как игла в швейной машинке, скользя в руке Змея.