Петр Иванович лично курировал спецоперации в освобожденном городе. Каждый день требовал немедленной зачистки оставленной гитлеровцами агентуры. Будто мы имеем что-то против. И так рвем жилы, как проклятые. И только попробуй что-то сказать в ответ. В раз получишь по шее. Даже Карасев в присутствии генерала-майора вел себя достаточно сдержано и на высказывания, и на поступки. А это, между прочим, серьезный показатель.
Лейтенант Светлов в нашей группе появился по личному распоряжению Ивашутина. Что, естественно, совсем не добавило позитивных эмоций в сторону новичка.
Даже сейчас мне хотелось развернуться и стукнуть его по голове. Сильно. Тот факт, что это был первый для Светлова полевой выход, не сглаживал ситуацию. Наоборот — нервировал еще больше. На кой черт ставить в группу салагу? Да еще, когда на каждый квадратный метр города и его окрестностей приходится по несколько диверсантов, недобитков и фашистских прихвостней.
За последние полчаса этот умник успел изрядно меня достать. Сначала глупыми вопросами о боевом прошлом, пока ехали к катакомбам. Потом не менее глупыми поучениями, какая стратегия является правильной и как лучше выкурить врага. Он просто зачитывал на память отрывки из лекций, пока я не рявкнул на него и не велел заткнуться.
Этот молодой, еще необстрелянный идеалист не понимал одной вещи. Он почему-то решил, раз Красная Армия погнала фрицев, значит мы уже победили. Что до этой победы пыхтеть год, придурок не догадывался. Зато вел себя так, будто немцы, их агентура и диверсанты — идиоты. Подобная ошибка может выйти боком не только самому Светлову, но и нам с Карасевым.
Я обернулся, посмотрел на пыхтящего лейтенанта. Он таращил глаза в темноту и крепко держал автомат. Правильно держал, по всем канонам стрелковой науки. Вот только в тесных, ломаных коридорах подземных выработок торчащий вперед ствол ППШ цеплялся за выступы, а длинный приклад мешал маневрировать. В итоге Светлов то и дело задевал стены, осыпая нас мелким крошевом. Я реально опасался, что этот идиот пустит очередь мне в спину. Совершенно случайно.
— Тише ты, дурака кусок, — донесся спереди злой, сдавленный шепот Карасева. — Топаешь, как рота на марше. Всех фрицевских ублюдков распугаешь.
Карась шел первым. Вернее, теперь уже капитан Карасев, старший оперуполномоченный Управления контрразведки фронта.
Поверить в подобный карьерный взлет бывшего ростовского щипача было сложно, но война диктовала свои правила. Звездочки на погоны падали тем, кто давал результат. Это Мишка умел, как никто. Забавно, но его замашки уличного босяка оказались в контрразведке весьма кстати. А когда он отполировал их опытом и спецификой СМЕРШа — вообще стал спецом на вес золота. Ну и плюс — всех нас неплохо подтолкнула вперед по карьерной лестнице история с Пророком.