— Вы уже видели графа Дорраха? — осведомился его высочество, и я покачала головой. — Он пока занят. Приветствует гостей вместе с его родственником бароном Альдвитом.
— Вместе?.. — растерянно переспросила я, вмиг потеряв аппетит. — А разве барон не болен? Я не думала, что он будет здесь…
— Кажется, ему уже лучше, — пожал плечами собеседник, пока я осматривала зал, натыкаясь взглядом на одни лишь незнакомые лица. — Боюсь, граф смирился с тем, что его дочери нет в живых. Сегодня он собирается объявить своим единственным наследником лорда Альдвита и передать ему управление графством, сам же хочет уйти на покой. Об этом пока мало кому известно. Граф еще не стар, но утрата семьи не лучшим образом сказалась на его здоровье, барон же его единственный близкий родственник.
— Слышала, — пробормотала я. Так, выходит, когда на горизонте замаячило наследство, Альдвит мигом поправился и обрел дар речи? Пожалуй, лучше не медлить и после бала вместе с Торпом рассказать графу Дорраху правду о том, что произошло на озере.
— Вас что-то огорчило? — проницательно осведомился его высочество.
— Нет, все в порядке, — я качнула головой и еще раз осмотрела зал, но барона Альдвита так и не увидела. Должно быть, стоял в другом углу. — Вы уверены, что хотите танцевать первый танец именно со мной? Возможно, будет правильнее выбрать кого-нибудь другого? Я не обижусь, если вы…
— Нет, Верити, — улыбнулся Роб. — Я действительно хочу, чтобы первый танец был с вами. Не волнуйтесь о том, кто что подумает и доложит моим родителям, это не ваша забота.
— Что ж, в таком случае почту за честь, — отозвалась я, мимолетно подумав, что сейчас и я вправду напоминаю самую настоящую сказочную Золушку. Пришла на бал вопреки желанию мачехи, и даже принц — вот он, стоит рядом! Однако не к нему рвется мое сердце, а к суровому немногословному ведьмаку, которого, увы, нет в этом зале.
Заиграла музыка, чем-то напоминающая англоязычные рождественские гимны, а следом за ней уже танцевальная. Я еще не успела собраться с мыслями, а его высочество уже предложил мне руку и повел за собой. Мы встали в центр зала, начав танец первыми и тем самым открыв бал. Я поймала на себе злобный взгляд госпожи Розверт, которая, очевидно, не поверила в мои слова насчет приглашения самого принца, и едва поборола соблазн показать ей язык. Роб оказался превосходным партнером, он вел меня в танце так умело и ловко, что я почти не вспоминала о своих страхах оттоптать ему ноги и, опозорив себя, перепутать все движения. Я просто кружилась, летела над паркетом в новеньких, пусть и не хрустальных, туфельках, в прекраснейшем платье, и чувствовала себя… красивой, легкой, полной жизни, энергии надежды. Надежды на чудо, на то, что этот чужой мир не будет ко мне жесток.