— Разумеется, — я одернул рукава, хрустнул пальцами и отправился к выходу из комнаты под пристальным взором моих компаньонов и охраны. Предстояло старательно отыграть роль, чтобы сохранить в живых всех коллег и даже Владимира. Я начинал догадываться, что на самом деле он не был предателем. Во всяком случае, явным предателем.
За дверью оказался широкий и просторный коридор. Я успел насчитать не меньше пяти дверей, пока мы шли к лестнице, по которой спустились на первый этаж.
— Большой дом, — заметил я. Любого человека можно разговорить, если найти его любимую тему. Пока что это удавалось мне не очень легко.
— Побольше некоторых, — коротко ответил Романов. Похоже, что он не любил хвалиться размерами собственного жилья. Вот черт, а я надеялся, что такая банальная тема поможет мне потянуть еще время. Я не был силен в экономических темах или культуре — я заметил несколько интересных полотен на стенах в коридоре, но не мог определить ни их автора, ни названия. Возможно, они вообще были современными. В любом случае, пока что не представлялось возможным хоть как-то разговорить владельца дома.
Мы спустились на первый этаж по роскошной, покрытой резьбой лестнице. Перила словно скользили под пальцами, деревянные ступени не издавали ни звука — одна только лестница стоила невероятных денег, не говоря уже об остальном убранстве этого роскошного здания. Смущало лишь то, что я не знал, где находится дом. Я почесал лоб примерно в том месте, где должна была находиться камера, замаскированная специальным пластырем.
Ноготь зацепился за что-то и сразу же пригладил пластырь. Отлично. Камера есть, значит есть и сигнал — в части должны знать о том, где мы находимся. Даже если сигнал глушат, мощный импульс винтовки должен был подсказать наше положение. Я рассчитывал, что сегодня будет хотя бы один выстрел. Романов остановился внизу, у основания лестницы. Три его телохранителя стояли правильным треугольником, максимально ограничивая мое перемещение. Из комнаты на первом этаже выбежал мальчик, аккуратно причесанный и одетый. На вид ему было лет пять или шесть. Следом за ним торопилась женщина среднего возраста, очевидно, няня.
— Па, мы с тобой сегодня поедем на прогулку? — спросил мальчик, звеня детским голосом на весь дом. Константин наклонился, взлохматил ребенку волосы и улыбнулся.
— Папа сейчас очень занят важными делами, Петр — ласково сказал он, — но на этой неделе у нас с тобой обязательно будет свободный день. А сегодня вечером ты мне расскажешь, что интересного ты узнал, хорошо? — Романов еще раз потрепал мальчика по голове и, слегка подтолкнул его, отправил к няне, которая дожидалась мальчика. — Вечером мы будем ужинать вместе, — сказал он ей. Женщина кивнула и увела мальчика обратно в комнату.