— Сразу видно, моя кровь, — тихо пробормотал Наран, ероша волосы жены и жадно вдыхая их запах. — Когда-то я также сражался сам с собою. Нельзя стать взрослым, если не знаешь, кто ты такой на самом деле.
Ингвар молча выскочил из Круга. Коротко кивнул Баяру, подошел к Асахану и с полупоклоном протянул ему свой меч. Сын хана вдруг покраснел как мак, приоткрыв рот, а юноша уже шагал к родителям. Обнял мать, скользнул в руки отца, утыкаясь носом в его плечо.
— Мне было очень страшно, — тихо сказал он.
— Это нормально. На Тойроге всем страшно, сын.
— Быть взрослым — это уметь смотреть в лицо своим страхам, — добавила Листян, вздыхая. — И уметь просить о поддержке.
Ингвар кивнул, прижимаясь к родителям. Наверное, он ведёт себя не по-мужски сейчас. Ну и ладно. Зато он знает, что они его любят.
— Что это значит? — рычит Яромир Кузнец на своего зятя, Неждана Матвеевича Вольского. — Как это «никаких специй»? Как это — «никакой торговли»?
— А вот так, — спокойно и даже с легкой насмешкой отвечает корабел. — Дархан Серадж отказался вести впредь дела с Лисгородом и разорвал все торговые договоры. Дарханы, они, знаешь ли, очень традиционны. Последние пять лет Серадж вел дела исключительно с Лисяной Матвеевной и был неприятно удивлен, когда я сказал, что она больше не будет с ним работать.
— Да зачем же ты сказал ему, остолоп?
— Так все уже знают, — легкомысленно пожал плечами Неждан, скрывая под рыжими ресницами гневный огонек. — На море слухи и сплетни расходятся еще быстрее, чем на земле. К тому же мои сестры уж постарались, чтобы все узнали о скандале в доме боярина Вольского. Убийцу отца так и не нашли?
— Нет, — покраснел князь Яромир. — Ограбили, закололи кинжалом. Кто-то из тех, кто знал о болезни боярина. Наверное, не ожидали его найти в кабинете. А золото выгребли… и книги драгоценные.
— Это все я знаю. А при чем здесь Лисяна была?
— Так она… с полюбовником сбежала своим.
— И Ингвара, которому отец оставил свою торговлю и голос в совете, увёз этот любовник, да? — в голосе Вольского вполне явственная насмешка. — Ты мне-то собачью шкуру вместо волчьего меха не подсовывай, княже. У нас с отцом секретов друг от друга не было. И люди у меня тут свои есть. Ингвар сёстрам помешал, верно? Не стерпели, что отец его любил. А Лисяна им и вовсе кость в горле была… Не с любовником она убежала, а от козней ваших.
— Даже если и так, какое до того дело дарханам? — угрюмо пробормотал князь.
— От бесчестных людей нечего ждать честной торговли. Дархан не будет торговать более с Лисгородом, вот и весь сказ. Он очень… принципиален.