Она снова преподала ему урок.
А он снова готов был сразиться за ее свадебную чашу с целым миром.
Что она наделала, зачем?
Листян было страшно, как никогда. А если Наран проиграет? И кто все эти мужчины, что сражаются за ее чашу?
Ей захотелось сбежать, спрятаться, провалиться под землю, только бы не видеть, как очередного воина сшибает с ног противник. Это были не поединки ради поединков, не красивые бои, где соперники показывают свою ловкость и удаль. Здесь уже начинались настоящие злые драки. Даже Баяр вглядывался встревоженно.
Когда очередной «жених» упал от удара палкой по шее, хан вскочил.
— Довольно! — рявкнул он. — Я не хочу лишиться своих лучших воинов в схватке за свадебную чашу! Дальше — только рукопашный бой.
Листян перевела дыхание. Рукопашный бой был не так уж и страшен. По правилам, тот воин, который сможет заставить противника коснуться земли лопатками, считался победителем. Покалечиться здесь было сложнее, чем при битве палками.
Когда в круг вышел Наран, конечно, спокойный и невозмутимый, такой красивый, такой величественный, Листян забыла, как дышать. Ему достался серьезный противник — один из зрелых, опытных воинов. Не старик, но мужчина в самом расцвете сил. И справился он с ним играючи — не прошло и минуты, как ему удалось поддеть соперника под колено и уложить его на спину почти даже бережно.
Тряхнул растрепавшимися волосами, нашел взглядом бледную и взволнованную Листян и вдруг подмигнул ей совершенно по-мальчишески.
О! Она тут сходит с ума от волнения, а ему смешно! Мужчины…
И почему она в нем усомнилась? Ну конечно же, он ведь был тысячником! Его когда-то тренировал сам Баяр, а Нурхан-гуай учил держать в руках лук и стрелы. Да и должность посла подразумевает непременные успехи в искусстве боя. Мало ли, с какой опасностью придется столкнуться в дальней дороге! То, что Наран в последние годы не ходил в военные походы, вовсе не значило, что он забыл, в какой руке держать саблю. Он всегда был один из лучших, а кровь оборотней, текущая в его жилах, делала его очень ловким и быстрым.
И как только Листян поняла, что Наран, конечно же, победит, ее отпустило. Стало легко и весело, словно она выпила той самой вишневой настойки. Дальнейшие бои уже не казались ей страшными.
И вообще, она могла собой гордиться — вон сколько воинов вышли бороться за ее чашу. Победит, конечно, только один, но до чего же приятно быть не «чужачкой со странными глазами», а признанной красавицей и завидной невестой!
Претендентов оставалось все меньше, зрители начинали скучать и требовать начала великого пира, поглядывая на восток: не светлеет ли небо?.