Она была права. Город пылал. Со всех сторон доносились взрывы, лязг клинков и предсмертные крики. Воздух был пропитан дымом, гарью и запахом крови.
— Всё равно нужно. — упрямо ответил я. — Так надо.
Бранка провела по мне долгим, усталым взглядом, прежде чем направить его на Элиана и Найру.
— Черт с тобой. — выдохнула она, отворачиваясь. — Но если из-за них мы все погибнем, я первая приду за твоей душой. Пошли.
И она снова двинулась в путь, превратившись в тень, скользящую между домами. Мы потянулись за ней, словно утята за матерью.
Бранка вела нас с убийственной эффективностью, которой учила меня на тренировках. Каждый ее шаг был выверен, каждый поворот — предопределен. Она прокладывала путь по узким, темным переулкам Серебряного Ручья, используя каждую тень, груду обломков и развалины как укрытие. Мы пробирались через задние дворы, пролезали в разбитые окна домов.
С каждым шагом к городской стене гул битвы нарастал, превращаясь в оглушительный рев. Земля дрожала под ногами, а воздух содрогался от чудовищных ударов. Вспышки магических атак раскрашивали улицы призрачным калейдоскопом: лиловым, ядовито-зеленым, багровым.
Наконец, мы замерли в затхлом, зловонном тупике, у массивного основания городской стены. Прямо перед нами взмывала вверх узкая каменная лестница. У ее подножия, застыв в напряженном ожидании, стояли трое. Теневые воины в облегающих черных одеждах, с непроницаемыми масками на лицах — Зеридианцы. Их позы казались расслабленными, но от них исходила смертельная угроза и готовность к действию.
— Дальше незаметно не пройти. — шепот Бранки был едва слышен даже мне. — Придется пробиваться или искать другой путь.
Сердце ёкнуло. Мы и так потеряли уйму времени на окольный маршрут. Любая дальнейшая задержка с поиском нового пути неизбежно приведет к лобовому столкновению с основными силами захватчиков.
Нужно было срочно найти выход здесь и сейчас. Единственное, что я мог предпринять, — это устроить диверсию с помощью «Миража Катастрофы». Этот артефакт должен был отвлечь их внимание на фантомную угрозу, дав нам шанс незаметно ускользнуть. Я мысленно потянулся к резервуару Живой Энергии, но наткнулся лишь на ледяную пустоту. Остатков не хватило бы даже на один простой фокус, не то что на эпические артефакты. Я был выжат досуха, и от этого осознания стало по-настоящему страшно.
Встретившись взглядом с Бранкой я мотнул головой — идей не было. Тогда она медленно и бесшумно обнажила системный меч, готовясь к худшему. Я сглотнул горький комок бессилия и сжал рукоять топора. Значит, будет бой: последний, отчаянный, почти самоубийственный.