Она выпрямилась, указав пальцем в сторону центра:
— Идешь к рынку, это по главной дороге. Как минуешь его ищи большую кузницу. Сразу за ней первый поворот направо. Ищи дом с низким навесом над крыльцом. Если, вдруг, не застанешь дома то иди к восточным воротам, там находится караулка дозорных.
Ее слова, простые и наполненные незримой поддержкой, согрели сильнее вечернего воздуха.
— Спасибо, Лина. — искренне поблагодарил я. — Тогда я пойду, пока совсем не стемнело.
Она лишь кивнула в ответ и ее силуэт растворился в сгущавшихся сумерках. Я же толкнул калитку и вышел на улицу.
Путь занял не много времени, ведь и сам город был небольшим. Вскоре я остановился перед домом с темным крыльцом. В окнах горел свет, значит кто-то был дома. Дверь выглядела надежной. Я поднялся по ступенькам, ощущая, как сердце забилось чуть чаще. Глубоко вдохнул, собравшись, и твердо постучал костяшками пальцев в деревянное полотно. Звук прозвучал негромко, но отчетливо в вечерней тишине.
Мне открыли не сразу. Я успел услышать тяжелые шаги изнутри, скрип половиц, прежде чем она отворилась настолько, чтобы в проеме возникла мощная фигура Эдварна. Он был в простой потертой рубахе навыпуск и штанах, заправленных в сапоги. В руке он держал тряпку, вытирая остатки масла или сажи с пальцев. Его взгляд, острый и оценивающий даже в домашней обстановке, скользнул по мне, задержавшись на топоре. Он едва заметно кивнул, потом вернулся к моему лицу. В его глазах не было ни удивления, ни особой приветливости, лишь привычная настороженность человека, к которому пришли по делу.
— Макс. — произнес он не с вопросом, а с констатацией. Голос был низким, чуть хрипловатым, как после долгого молчания. — Не ждал сегодня вечером гостей. Что привело?
Я собрался, чувствуя под его взглядом тяжесть.
— Эдварн. Извини, что потревожил, но нам надо поговорить.
Он помедлил секунду, словно взвешивая мою просьбу против права на вечерний покой, затем отступил на шаг, жестом приглашая войти.
— Ладно. Говори, только быстро. Дела ждут.
Я переступил порог. Прихожая была маленькой, но чистой. На стене висели плащ, кожаный нагрудник и пустой колчан. Пахло деревом, кожей и чем-то съедобным, доносящимся из глубины дома. Эдварн не предложил пройти дальше, остановившись у вешалки, опершись плечом о косяк.
Я вдохнул, глядя ему прямо в глаза. Паника была слабым союзником, холодный расчет — вот что сейчас требовалось.
— Я хочу вступить в Четвертый отряд. На постоянной основе.
Эдварн хмыкнул, коротко и без юмора. Его взгляд стал пристальнее.
— Смело. После одного-то выхода. В прошлый раз ты вел себя… Не плохо. Но дозор — это серьезно, парень. А репутация у тебя… Ну ты и сам все знаешь. Готов ли ты к дисциплине? Постоянному развитию? Или романтика голову вскружила?