На сей раз я не просто отодвинул холст с портретом сурового мужчины в мундире, а аккуратно снял его со стены, прислонив к резной ножке письменного стола. Дверца тайника тут же приоткрылась.
Из сейфа выскользнула и плашмя упала потрёпанная папка из тёмной кожи. Рефлексы, отточенные ещё в детстве в постоянных детдомовских и уличных разборках, сработали быстрее мысли. Я успел подхватить папку на лету, прежде чем она коснулась паркета.
— Ловко, Соловьёв, ловко, — буркнул я себе под нос, улыбнувшись и ощущая под пальцами шершавую кожу переплёта.
Положив находку на стол, открыл дверь сейфа настежь, заглядывая в недра. Глубина была небольшой, сантиметров тридцать. На бархатной, слегка запылённой полочке лежало несколько предметов.
Первым делом извлёк ещё одну кожаную папку. Она была практически копией первой, только, возможно, чуть толще. На обложках обеих был вытиснен фамильный герб Соловьёвых: могучее дерево с мощными корнями, обвивающее корабельный якорь. Символично, если подумать: прочность, устойчивость и связь с морем. Что для морского города неудивительно.
Папки были туго перетянуты шёлковым шнуром, завязанным в морской узел. Рифовый, если мне не изменяет память, простой и надёжный.
Развязал его на первой папке и открыл. Внутри лежали листы плотной бумаги высшего качества, аккуратно прошитые по корешку.
Но вот текст…
Его не было.
Страницы оказались абсолютно чистыми. Я покрутил их на свету, но ничего не смог рассмотреть. Ни намёка на чернила, карандаш или выдавленные символы.
Интересно.
Чтобы прочитать это, явно нужна какая-то магия. Это своего рода магический аналог симпатических чернил.
Интерфейс, обычно такой словоохотливый, никаких подсказок не давал. Но стоило мне подольше сконцентрироваться на листах, сухо констатировал:
[Объект: документационный носитель. Состояние: неактивен. Причина: не установлена.]
Ладно, разберёмся позже. Я отложил обе папки в сторону.
Затем с обшитой бархатом полки достал тяжёлые командирские часы в стальном корпусе и с потёртым ремешком. На вид им было лет двадцать, если не больше.
Я был искренне удивлён, обнаружив, что они всё ещё идут. Стрелки показывали без пятнадцати десять. Я не мог сказать точно, совпадало ли это с реальным временем, но секундная стрелка уверенно двигалась вперёд, и, судя по ощущениям, это было похоже на правду. Механика в чистом виде, никакой магии. Интерфейс молчал, подтверждая мои догадки.
Засунув руку в самый дальний угол сейфа, я нащупал последний предмет. Это была небольшая печатка, отлитая из тёмного, почти чёрного металла. Пятиугольное основание с тем же гербом — дерево и якорь. Попытался надеть её на палец, но даже на мизинец не лезла. Колечко было настолько маленьким, будто сделано для ребёнка.