Мяу!
Вдруг услышал слева от себя ласковый голос кошака. Тот встал, потянулся и протяжно зевнул, потом уставился на меня, дрожащего, словно под ледяным душем.
— Ну что ты? Выспался? — вымученно улыбаюсь. Хочу протянуть руку и погладить кота, но понимаю, что не могу оторвать её от коленей. Слишком холодно, весь дрожу от холода, словно ночной озноб от ангины или гриппа. Да, мазь для моего слабого тела без дара, очень забористая вещь. Ну по крайней мере я понимаю, насколько она сильная и какой итог может последовать после бездумного приёма. — Ну чего ты, подлиза? — кое-как оторвал руку от колена и погладил кошака по хребтине. Тот изогнулся дугой и приятно замурлыкал, подошёл ко мне поближе и упал возле меня.
Улыбнулся и впервые почувствовал, что я не один. Теперь у меня появился первый друг. Вот только прожора он ещё тот. Пока гад спал, его пузо сильно уменьшилось и теперь он самый обычный кот.
— Небось кушать хочешь? — только спросило, как он задрал голову и мяукнул, подтверждая слова. — Вам бы пожрать, да поспать, — ухмыльнулся и потрепал его по голове.
Побочные эффекты от мази начали постепенно отпускать. Не стал дожидаться пока станет легче и упал на кровать. Свернулся калачиком и провалился в глубокий сон.
В этот раз проснулся не от кряхтения петухов, а от неожиданного стука в дверь. Едва разлепил глаза, как кто-то тарабанит! Кого нелёгкая принесла⁈
Скрипя уставшим телом, поднялся с кровати и волоча ногами, подошёл к двери. Сильно зевая, я потянул ручку на себя и встретился с ничего не выражающими глазами.
Кого-кого, а вот его я не ожидал увидеть…
— Какими судьбами, охотник Ган? — я еле выдавил из себя слова. В горле всё пересохло и хотелось заполнить желудок ледяной водой, чтобы хоть как-то проснуться. Прошёл рядом с ним в сторону колодца, но при этом захлопнул дверь, чтобы тот не совал нос не в свои дела.
Подошёл к колодцу и дрожащими руками опустил ведро вниз. Оно хлопнулось о поверхность воды, поднимая вверх брызги. Из последних сил поднял и прильнул губами к ледяной воде — она приятно прокатилась по горлу, попадая в желудок.
Вытер рот и слил воду, бросил взгляд на цветник и покачал головой — всё тоже самое, без изменений. Сорняк снова полил всё и теперь я уже жалею, что разместил эту проклятую столетнюю почву.
— Вы по какому вопросу? — мужчина всё это время стоит и молча наблюдает за мной. Он почему-то не спешит раскрывать рот, а меня это уже начинает напрягать. Он что, решил подработать статуей? — Охотник Ган? — я подошёл к нему и повторил вопрос — тот со стеклянными глазами смотрел на мой цветник, осматривая местность с нескрываемым удивлением.