— Саныч, давай что-то другое. Я не могу тут сидеть, — продолжал возмущаться Рубен.
— Иди сюда, — подозвал я Хачатряна.
Он подошёл, продолжая возмущаться над видом нашего туалета.
— Сан Саныч, это «ни в какие ворота» не лезет.
— Рубенчик, у тебя два пути — ты либо «ходишь» сюда и сидишь кайфуешь на свежем воздухе, либо можешь терпеть до постройки нашего личного, прекрасного и не столь большого, туалета. Понял меня?
Рубен, как и Рашид, согласился. Но у него и варианта другого не было.
К вечеру стройка постепенно затормозилась и все плавно перешли к водным процедурам. Воду нам привезли на машинах.
Она ещё не успела нагреться, так что организм начал закаливаться. Тут начались и посадки наших истребителей.
В воздухе к этому времени уже кружили Ми-24, прикрывая заходящих на посадку. Для каждого из подразделений была уже готова стоянка. В течение часа Хмеймим заполнился самолётами, а в строящемся «жилом городке» прибавилось жителей.
Вся наша эскадрилья жила в двух больших палатках. Мы уже и ко сну начали готовиться, а «самолётчики» никуда не торопились и терпеливо ждали чего-то, сидя на ящиках рядом со столовой.
В этот момент мы с Тобольским решили пройтись.
— Мужики, а где наше жильё не знаете? — спросил меня один из лётчиков.
— Так вы к тыловику. Он вам и палатку даст…
— А сам он ставить не будет? Я сам себе строить должен? — перебил меня лётчик.
Тобольский посмотрел на него и на меня потом.
— Почему бы и нет, — ответил Олег Игоревич.
— Желаю удачи. Может и дождётесь, когда вам построят, — продолжил я за командиром.
Лётчик удивился, но к тыловику убежал. Через несколько часов стемнеет, так что парням надо бы поторопиться.
Коллегам пришлось помочь, что было ими оценено весьма радостно. Вскоре уже и начало темнеть. Да только спать никто пока не собирался.
Мы уж с Тобольским точно. Только я лёг на кровать, как меня уже толкал Кеша.
— Саныч, ты и Тобольский — к командиру полка.
— Задача пришла? — уточнил я, и Иннокентий молча кивнул.
Собравшись и взяв из пирамиды оружие, мы с командиром эскадрильи направились на КДП. Здесь временно разместился и командный пункт нашего аэродрома.
— Разрешите, Леонид Викторович? — спросил Тобольский, когда мы вошли в комнату.
— Да. Пожалуйста, — ответил ему Бунтов, который с трудом удержался, чтобы не зевнуть.
На временном КП было всё по-спартански. Несколько столов с телефонами и документами. Графики, планы, приказы и всё остальное обрабатывали три офицера. Сам же Бунтов сидел на кровати рядом со столом и смотрел на один из телефонов.
— Вот жду звонка, чтобы задачу принять от высокого начальства. Завтра у вас насыщенный день. Исполняете роль «такси», — сказал Леонид Викторович, откинувшись назад и прислонившись к стене.