— Кости целы?
— Кости? — удивился мужчина. — А… разве это существенно? Клон заменит…
— Я не спрашивала вашего мнения насчёт клона, Карл Николаевич! — зазвенел сталью голос Евгении Викторовны. — Отвечайте на вопрос!
— Мы не делали рентген, — даже оскорбился медик. — Но я провёл пальпацию, и, судя по всему, сломано несколько ребер. Грудная клетка в порядке, как обстоит дело с внутренними органами — не знаю. По внешним признакам, будь Михаил жив, мы бы его подлатали за неделю.
— Ваши люди готовы? — прервала его Дружинина.
— Все уже здесь, — Целитель кивнул в сторону открытой двери, где в проёме толпились ассистенты, ждавшие сигнала для начала процедуры. Охранники заставили их посторониться и вошли внутрь, встав по обе стороны от входа. От хозяйки исходила очень сильная аура беспокойства, поэтому они решили контролировать её даже в безопасном помещении.
— Что с клоном? — резко спросила Евгения Викторовна.
— Мы связывались с бригадой доставки, говорят, что будут через двадцать минут, — ответил ритуалист.
— Отставить клона! — неожиданно решила Дружинина. — Марк Ефимович, насколько мне известно, существует древний ритуал возвращения к жизни с сохранением души и памяти. Я хочу, чтобы вы его провели тотчас же!
— Но… — нешуточно побледнел чародей, топтавшийся за спиной хозяйки. — Я не некромант, госпожа! Мне не под силу подобное…
— Глупости! — рявкнула женщина. — Я говорю про ритуал возвращения жизни с помощью души и крови смертника!
— Моя госпожа! — по-настоящему испугался человечек, промокая лоб измятым платком. — Я ведь никогда не занимался подобным ритуалом! Одна ошибка — и мальчика уже не вернуть! Нужно предупредить Александра Егоровича!
— Я ему потом всё объясню! А ты сделаешь так, как я требую! — приблизившись к чародею, разъяренная мать вцепилась ему в плечо тонкими пальцами, на которых блеснули золотые кольца с драгоценными камнями. Тон её неожиданно смягчился. — Я верю в тебя, Марк Ефимович. Даром, что ли, я двадцать лет назад спасла никчемного, как казалось многим, молодого ритуалиста? Ты возвращал к жизни моего супруга и его отца, моего деда так и вовсе дважды. Соберись и сделай самое главное дело в своей жизни!
— Позвольте, хотя бы, дождаться, когда привезут клона, — сглотнут слюну мужчина. — На всякий случай, если что-то пойдет не так…
— Не должно быть «если», — захолодел голос Евгении Викторовны. — У нас нет времени. Я не собираюсь сейчас объяснять, почему я против… рекуперации. Что нужно для ритуала, кроме жертвы?
— В принципе, только клинок с атрибутом родовой Стихии, — сдался чародей и понимающе переглянулся с Целителем, осознавая, что пути назад у него нет. Если бы рядом находился хозяин, можно было провести манёвр отступления, доказать, насколько безумен приказ его жены. Через полчаса, максимум, привезут клона, а к вечеру Миша будет живым и здоровым сидеть за семейным столом, отпускать скабрезные шутки насчёт своей гибели и красочно опишет, что же случилось на дороге. — Но я хочу предупредить, что не всякая жертва подойдёт для ритуала. Нужен благородный человек, не какой-то там плебс из грязных кварталов. Риски потерять индивидуальность и душу очень велики.