— Я плохо осведомлён о случившемся, — выдохнул ритуалист, вытирая огромным носовым платком испарину на лбу. Он потел не от жарких лучей июльского солнца, а от страха, поселившегося в его сердце. Страха перед боссом, который ещё не знает о смерти одного из сыновей, лежащего сейчас на холодной каталке под простыней и дожидающегося переноса слепка души и памяти в клон, выращенный в специальном инкубаторе из стволовых клеток и материалов ДНК юноши. — Машина Михаила попала в аварию в пяти километрах от города, там, где съезд в сторону речного пляжа. Ну, вы знаете, куда горожане любят ездить… — запыхавшись, он перевёл дух. — В том месте дорога огибает невысокий лесистый холм, который затрудняет обзор. Видимо, неизвестная машина как раз ехала от пляжа на большой скорости. Михаил не смог среагировать на сложившуюся ситуацию. Водитель внедорожника мог затормозить, и тогда трагедии удалось бы избежать. Но он, наоборот, дал по газам. Удар был очень сильный, «Аксай» отбросило на обочину. Если бы не бронированный корпус, жертв было бы больше. Он же с друзьями ехал.
— Не говорите мне про других! — Евгения Викторовна всё же взяла себя в руки. — Не тот случай! Выяснили, чья это машина? Это же не так трудно! — Вопрос нужно было адресовать службе безопасности, но сейчас все сотрудники сорвались на место происшествия, и вряд ли вернутся раньше ужина. — Можно подумать, у каждого пятого жителя Оренбурга есть внедорожник, способный так протаранить бронированный «Аксай»!
— Я не знаю, Евгения Викторовна, — на всякий случай ритуалист замедлил ход, чтобы не попасть под горячую руку, но хозяйке было не до него. Она уже приближалась к крыльцу медицинского блока, возле которого суетились несколько человек в белых халатах. Возле них стоял Савелий — управляющий всего большого хозяйства Дружининых. На нём была надета безукоризненная белая рубашка с классическими чёрными брюками, на шее повязан синий однотонный галстук. Сама безупречность и бесстрастность.
— … я говорю то, что мне удалось узнать, — догнал женщину ритуалист. — Вместе с вашим сыном ехали брат и сестра Дубенские, а также студентка медицинского техникума Елизавета Алеева. Никто из них не пострадал серьёзно, что удивительно. Они сейчас в управлении полиции, с ними беседуют следователи. Возможно, молодые люди позже заедут сюда, если не понадобится госпитализация.
Дворецкий, увидев хозяйку, шагнул навстречу.
— Госпожа, я распорядился насчет рекуперации, — густым голосом объявил сорокалетний мужчина с белесым шрамом, пересекающим лоб и правый глаз; бровь в результате давнего ранения оказалась начисто срезана, и теперь неприятная асимметрия пугала только тех людей, кто впервые видел его. — Бригада готова к работе, но машина с клоном запаздывает.