— Спорить не буду, — сказал я. — Меня вряд ли можно назвать хорошим человеком в рамках обычной нормы морали. Но всё же, инквизитор, мы делаем одно и тоже. Просто разными методами.
— Да, — процедил Смирнов, скривившись. Ему не хотелось признавать подобное. — Обычно я с некромантами не церемонюсь, но у меня не поднялась рука убить тебя. В местной деревне, где на тебя настучала Степанида Михайловна, ты помог пацану, который упал с велосипеда и сломал себе спину. Парень был на ногах уже через неделю, однако ты продолжал отправлять лекарство его отцу, хозяину местного магазина. Я с ним разговаривал.
Он достал ещё две конфетки и съел обе. Похоже заедает стресс, инквизитор уж больно разнервничался. Хотя теперь он полностью спокоен и хладнокровен.
— Сложно с тобой оказалось, Виталий, — он снова посмотрел на меня. — Но я думаю, в тебе осталась порядочность, поэтому верю, что ты способен исправиться.
— И вести уроки у деток в спецшколе, — я усмехнулся и показал скелету на кружку инквизитора, чтобы он её помыл. — Знаешь, кто там учится?
— Драчуны, вандалы, грабители, поджигатели и иногда убийцы, если что-то не слишком тяжкое. Но и с этими детьми надо работать. Государству нужны любые маги.
Мы замолчали. Инквизиторы в уазике курили, скелеты прибирались в доме, хотя их скоро похоронят, а рядом заорал чёрный петух, которого я держал в сарае для особых ритуалов.
— Я не хочу находиться там вечно, — заявил я. — Давай обозначим срок. Сколько мне там пробыть? Пока я не отдам долг обществу, или как там принято сейчас говорить?
— Давай так, — инквизитор развалился на скрипнувшей табуретке и скрестил руки. — У тебя будет выпускной класс на семь учеников. Если выпустятся все семеро, а пять из них получат рекомендации от Школы, то я сниму с тебя все обвинения. Если же у тебя не выйдет, ты продолжишь работать с новым классом и так до тех пор, пока не выполнишь условие полного выпуска и пяти хороших учеников. Само собой — повторные занятия некромантией — смертная казнь. Ещё одного шанса я тебе не дам. Так что не занимайся больше некромантией.
Ага, щас. Проще запретить мне дышать. Но вслух я сказал другое.
— Семь выпускников и пять с грамотой, — медленно произнёс я. — Что ты там говорил насчёт виселицы?
— Если ты думаешь, что успеешь провести ритуал и сохранить себе жизнь, — его взгляд стал суровее. — Не сможешь. Я лично руковожу всеми казнями, ещё ни один некромант не смог спастись и перенести жизнь. Выбирай, но у тебя всего один вариант.
Кажется, он загнал меня в угол. Ладно, если постараюсь, то заставлю малолеток спецшколы грызть гранит науки, пока не сломают себе зубы. Они закончат. Если нет, то убью их и подниму из мёртвых.