Рыкову самому, казалось это страшно позорным, и он стеснялся своей злости. Да только чтобы его понять, наверное, надо пережить то же самое. Пережить все эти пакости, которые Рыкову сделал мальчик Вова Медведь. То есть чтобы понять его, надо быть Рыковым. Ну Гришковцом на худой конец.
— Миш, — вздохнул Рыков. — Дай ты мне поесть спокойно. У меня и так уже все мозги набекрень.
— Ну как знаешь, — суховато ответил Миша, — только ты давай, завязывай с этим всем. Не дело от жены гулять.
— Угу… — Пробурчал Рыков.
Когда Миша снова весь ушел в газету, Рыков доел корочку. Принялся медленно жевать последнюю гренку.
— Вадик… — Вдруг удивился Миша. — Ты посмотри…
— Чего?
— А тут про тебя пишут!
— Чего⁈
— Про тебя и про дядь Петю! Елки-моталки!
— А ну, дай! — Вскочил Рыков и вырвал у брата газету.
Он стал внимательно искать взглядом, где ж про него написано. Наткнулся на маленькую колоночку.
С каждой строчкой брови Вадима все сильнее поднимались от настоящего изумления.
— Вадик, это что, все правда? Ты тоже…
— Брехня! — Взорвался Рыков, бросив читать на середине. — Все брехня! Понял⁈
Вадим Ззыркнул на Мишу так страшно, что тот даже испугался. Привстал было, но снова медленно опустился на табурет. Даже Маша с Гришей прибежали на крик.
— Это все брехня, Миша. — тяжело дыша, сказал Вадим. — Это все кривотолки! Клевета!
— Да кому ж на тебя клеветать-то надо? — Удивился Миша.
— Медведь это все… Медведь и лопух этот… Костя Перегудин!
— Какой медведь? Какой Перегудин? — Изумленно спросил Миша.
— Миш, я этого всего не делал, — потряс Рыков свернутой газетой, стараясь оправдать в глазах братовой семьи.
Хотя в статье и не было доказательств, но утверждения были. Причем совершенно однозначные. Кроме того, Рыков знал, что если милиция начнет копать под него, то доказательства найдутся быстро.
— Знаешь, Вадик, мы, наверное, Гришу сами довезем, — проговорил медленно Миша.
Когда все семейство Михаила Рыкова отправилось к машине, Вадим остался на кухне. Он не находил себе места. Беспокойно метался по квартире, съедаемый страхом. А еще злостью.
«Когда? Когда ж они успели в городскую газету сходить?» — Размышлял он.
Рыков был уверен, что это Костя с мальчишкой Медведем решили так ему насолить перед дисциплинарным советом. Хотели настроить комиссию против Рыкова, чтобы того просто с позором выгнали из школы. Причем выгнали, прямиком на нары.
Бросивший курить после армии, Рыков нашел на кухне пачку сигарет. Пошел на балкон, закурил от нервов. Когда во двор заехали желтые милицейские жигули, у Вадима сперло дыхание.