— Егор, — сказал убежденно Артемий. — Сначала все за Матвеем таскались, а теперь, когда он дома сидит с гипсом, ходят за Егором.
— Нет, — я покачал головой. — Я думаю, главный будет Дима.
— Так он же новенький, — удивился Сергей.
— Новенький, но вон какой шустрый. Таких я знаю. Они быстро друзей заводят. Умеют себя сразу в коллективе как надо поставить.
— Откуда ты знаешь? — Нахмурил светлые брови Артемий.
— Знает, — улыбнулся Сергей. — Потому как Вова сам таким же стал. Был тихим всегда, скромным. А тут, когда ему у нас бойкот объявили, так на тебе. Сразу характер проявил. Ну про бойкот вы помните. Я рассказывал.
— Если даже и так, то откуда ж ты знаешь, что Дима согласится? — Спросил Артемий.
— Я его спровоцирую. Он хочет, чтобы все на него смотрели, чтобы в рот заглядывали и видели, какой он сильный и смелый. Потому как именно таким он себя и поставил. Обратный ход ему дать никак будет нельзя.
— Хорошо, — кивнул Артемий. — Ты спровоцируешь, а против него я выступлю. Хай со мной соревнуется.
Сергей с Матвеем угрюмо переглянулись.
— Нет, Артемий, — покачал я головой. — Я все это затеял, мне против ихнего заводилы и выходить.
— Вова, я буду крепче тебя, — сказал Артемий. — И занимаюсь дольше. Я Диму точно побью.
— С тобой он может не согласиться соревноваться. Может сказать, что это будет нечестно. А во мне Дима не увидит угрозы.
— Ну а вдруг ты его не одолеешь? Тогда выходит, что весь наш план покатится псу под хвост. Да и ты же сам сказал, что Дима не отступит, потому как испугается свой авторитет потерять.
— Остальные должны видеть, что поединок выйдет честным, — возразил я. — А если ты его слишком легко обойдешь, скажут, что нечестно. Тогда все тоже сорвется.
— Вова, — Артемий строго вздохнул, раздув ноздри своего ровного носа. — Если ты ему проиграешь, тоже ничего не выгорит. Не знаем мы подготовки этого Димы.
— А с тобой он и вообще может не согласится состязаться. Риску тут есть и так и так.
— Ну нет. Я пойду, — настаивал Артемий. — Я его так распровоцирую, что не отвертится.
— Тёма, я это все затеял, мне и расхлебывать.
— Ты его не победишь, — встал Артемий. — А я да.
Я тоже поднялся.
— Все. Не спорь. Рыкова из-за меня сняли. Я и верну всю группу обратно в зал.
— Да ты просто выбражаешь, — рассердился Артемий. — Ты сам сказал, что ты как Денис, просто хочешь, чтобы все видели, как ты его победишь. А вдруг нет?
— А ты тогда, зачем так рвешься против него выйти? — Кивнул я вопросительно.
— Ну… — Вдруг замялся Артемий. — Потому что я его точно побью. Вот и все!
— Я не буду с тобой спорить, — я покачал головой. — Просто пойду я, и точка. Это не обсуждается.