— Надо, значит, вернут их, — сказал я задумчиво. — Знаете что? А я верну.
— Как? — Удивился дядя Костя.
— Уговорю. Давайте знаете, как сделаем? Скажите им сейчас, что на следующую тренировку придет Рыков. А вместо этого мы их встретим. Думаю, если то, что я задумал, получится, вернутся они. В полном составе вернутся.
— А что ты задумал? — Нахмурил брови дядя Костя. — Уговорить их? Так это не получится. Слушать тебя никто, Вова, не будет. Раз уж даже меня не слушают. Для них только Рыков авторитетом обладает.
— Вернем их мы. Вот увидите, вернем. Сделайте, пожалуйста, как я прошу.
Константин Викторович задумчиво нахмурил лоб.
— Ну хорошо. Что мы теряем? Так и так они могут не вернуться. Ну лады. Я сейчас, пока они не разбежались.
Тренер торопливо потопал на выход.
Когда подошла моя очередь, я вернулся к штанге.
— Ну что там? — Спросил подошедший Артемий.
— Тренер говорит, директор поручил ему вернуть остальных.
— Он их пошел уговаривать?
— Нет. Пошел сказать по моему совету, что Рыков придет на следующую тренировку. А там уж мы их уговорим заниматься у Константина Викторовича.
— Как уговорим? — Подошел подслушавший Сережа. — Так просто не получится. Они, видал, какие упрямые.
Артемий на миг задумался. Потом выдал:
— Надо с ними поговорить. Надо ребят убедить, что Рыков — плохой человек. Речь произнести, как Ленин.
— Речь не поможет, — покачал я головой. — Это пацаны, а не фабричные рабочие. Тут подход нужен другой.
— Какой? — Удивился Артемий.
Матвей тоже приблизился. С озабоченным лицом потрогал свой шов пальцем.
— Они уважают только силу. Вот силу им и надо показать, — сказал я.
— Бить их собираешься? — Хмыкнул Матвей, — там их, Вова, человек пятнадцать-семнадцать. Тут даже для меня многовато будет.
— Силу можно показать иначе, — сказал я с улыбкой. — Драться не обязательно.
— Эт как же? — Нахмурил брови Артемий.
— А вот давайте после тренировки и поговорим. Я вам свой план расскажу. А пока надо нам с железом доработать.
— Если они увидят, что их заводила сплоховал, сразу отступят. Тут главное — пошатнуть его авторитет.
— Авторитет — это важно, — сказал Матвей в полной уверенности, что выдал что-то умное.
После тренировки мы собрались на деревянных, выкрашенных разноцветной краской трибунах стадиона. Было прохладно. Сентябрь с каждым днем становился все более серым, и если только две недели назад казалось, что он — это просто прохладное продолжение лета, то теперь стало видно, что осень постепенно входит в свои права.
— План неплохой, — сказал Сережа. — Только кто у них сейчас заводила?