— Точно так, — прозвучал знакомый низковатый голос. — Точно так, как говорю.
С веранды я тотчас же влетел в кухню. За маленьким столиком сидели мама, бабушка, дед Фомка и… Рыков. Они пили чай с бабушкиными ватрушками. Вадим Сергеевич, разулыбавшись от их разговора, глянул на меня.
— Вова! А ты где был? — Удивилась Мама. — Тут твой тренер к нам в гости зашел!
— Боже, Вова… — Мамины веселые глаза вмиг наполнились удивлением и страхом. — Что у тебя с лицом⁈ Ты что, подрался?
Когда я вошел, за столом тут же все стихли. Бабушка и дед Фомка удивленно смотрели на мое раненое лицо. Во взгляде Рыкова же на краткий миг блеснула неприязнь. А потом тренер тут же взял себя в руки и сделал очень невинное выражение. Он даже притворно замялся. Прочистив горло, Рыков опустил глаза и сделал вид, что поправляет надкусанную ватрушку, лежащую на его тарелке.
— Что он тут делает? — спросил я, указывая взглядом на Рыкова.
Мама не ответила. Грюкнув посудой, она встала из-за стола, торопливо направилась ко мне. Опустившись, взяла меня за лицо, стала обеспокоенно рассматривать.
— Вова, отвечай немедленно, с кем ты подрался?
— Мам, — я аккуратно убрал ее руку от ссадины на лице, которую оставил мне камень, — что Рыков тут делает?
— Вова, кто тебя побил? — Стояла она на своем.
— Он сказал тебе, что тренирует меня в спортшколе? — Я строго заглянул в мамины глаза.
Взгляд ее, прикованный к моей ранке, скакнул мне в глаза. Мама нахмурила брови, когда услышала решительный тон, с которым я задал ей свой вопрос.
— Ну… Да. А разве нет? Мы познакомились в аптеке, и Вадим Сергеевич подвез меня домой.
— Зинаида Ивановна, — снова кашлянув, подал голос Рыков. — Не наседайте на парня. Вы ж знаете, это пацаны. У пацанов нормально кулаки друг о друга чесать. Вова все равно не признается. Я его хорошо знаю.
— Давно ли узнали? — Холодно глянул я на Рыкова.
Тренер не отвел своего взгляда. Я заметил, как легонько дрогнули его губы. На миг на лице Рыкова появилась ехидная улыбочка. А потом лицо его снова стало серьезным и даже каким-то сострадающим мне. Вот гад… Притворяется. Чего этот сукин сын тут забыл?
— Ну… Ну ладно… — Неожиданно послушалась Рыкова мама. — Сейчас я принесу йод. Надо продезинфицировать.
Мама поднялась и хлопотливо убежала в большую комнату. Я услышал, как там заскрипела дверь стенки, забряцали пузырьки лекарств.
— Вам надо уйти, Вадим Сергеевич, — проговорил я Рыкову ледяным тоном. — Вы сами знаете, почему. Давайте не будем лишний раз с вами спорить.
Бабушка с дедом Фомкой недоуменно переглянулись.