Увлёкшись экспериментами с местной магией, я забыл про окружение. Вернули меня в реальность аплодисменты.
Я открыл глаза и увидел Чернобога. Он был вроде и такой же, как «наверху», а вроде и другой — внутри темнело средоточие холода и мрака. Он стоял в окружении мёртвых душ, они заискивали перед ним, как щенки перед хозяином. А он смотрел на меня и хлопал в ладоши, мол, какой молодец!
Я глянул на Григория Ефимовича с Агафьей Ефимовной. Они молча сверлили глазами Чернобога, ждали, что тот скажет.
А он, отпихнув особо ластящуюся тень, шагнул в круг света.
— Отлично, Влад Джеймс Влад! Я и не подозревал, что ты внук Огня. Мой сын не дурак, знал, кого выбирать! Жаль, что сынок переметнулся к врагам…
— Это ты переметнулся к врагам! — заступился я за Чёрного.
Чернобог заржал. Точнее, захрюкал, как свинья. Надо же, такой весь лощёный, а смех сплошное хрюканье.
— Нет! — сказал, отсмеявшись, Чернобог. — Я всегда на своей стороне. Только на своей! Ни к вам, ни к Сан Санычу я не имею и не имел никакого отношения!
— Ой ли? — усмехнулся Григорий Ефимович. — Ты с нами ставил купол!
— Тактический манёвр, не более, — отмахнулся Чернобог. — Мы тогда были слишком слабы. Нам требовалось время, чтобы подкопить силы и внести в ваши ряды раздор…
Григорий Ефимович с Агафьей Ефимовной переглянулись, и я увидел понимание и сожаление на их лицах. Что понимали, о чём сожалели боги — об этом я мог только догадываться.
— Но вы мне не интересны, — продолжал Чернобог. — Я пришёл за сыном. Пойдём со мной, Велес!
«Нет, — ответил Чёрный. — Они все жрали мне. И Даждьбог с Лелей тоже. Я их не оставлю».
Чернобог от этих слов съёжился, как от удара и с ненавистью глянул на Ефимовичей.
— Паскуды! — зашипел он. — Я уничтожу вас! Сам! Своими руками! А потом добью остальных! — Чернобог помолчал и с усмешкой добавил: — Или нет! Я оставлю вас грешным душам. Даждьбог, ты проиграл! Ваш свет скоро погаснет — ты не сможешь поддерживать его долго. Мы оба с тобой хорошо знаем, что наверху день, и ты должен вести солнечный диск сквозь верхнее небо, вся твоя сила там. А тут… До ночи вы не продержитесь. Сюда скоро вернётся первозданная темнота и тогда мои зверушки разберутся с вами. Вы ещё будете молить о скорой смерти!
Я смотрел на него и вспоминал Сан Саныча, цепочку от автоматной очереди в допросной, его решение разрушить купол, теракт, которым он подставил всех, в ком есть магия, и мне было смешно. Смешно от самоуверенности вот этого бога. Бога, который борется с другими богами в то время, как человек накинул ему петлю на шею и готов выбить табурет из-под ног.