— Нет, господин шериф, — покачал головой старый моряк с продубленной морскими ветрами кожей, с деревяшкой вместо левой ноги, прищурился. — Какие у нас вопросы. Я уж часом подумал, к нам вопросы имеются. Вон, Хокан, известный хулиган, а Марти такой уж ходок по бабам, наверняка от алиментов скрывается.
Два тщедушных старикана согласно хмыкнули беззубыми ртами. Мак уселся рядом с одноногим, выставил на стол бутылку холодного сидра, предусмотрительно прихваченную из паромобиля. Моряк вытащил откуда-то из-под столешницы стаканы. Шериф разлил, отхлебнул приятно-шипучего напитка. Старики пили, посматривали по сторонам и в разговор вступать не спешили. Вивиан тем временем попрощалась и понесла полегчавшую корзину дальше, в сторону ждавшей у калитки согнутой калачом старушки.
— Что, шериф, полиция теперь всем красоткам охрану обеспечивает, или только мисси Вив? — поинтересовался моряк с усмешкой.
— Такой бриллиант заслуживает круглосуточной охраны, — покладисто согласился Мак, думая, как бы половчее задать вопрос, но мейз Марти его опередил.
— Точнехонько в точку попали, мейз, — заговорил старик неожиданно горячо. — Как есть брильянт наша мисси Вивиан! Красавица-то одно, а вот доброты редкой — другое. Живи себе, не тужи, про нашу нужду и думать ей незачем. А она помогает. И продуктами, и в лекарню кого устроить, детей в учение.
— Она и дитенком такая была, — поддакнул Хокан. — Все бегала с нашими мальками, лодки с уловом встречала, мне, помню, крючками руку сильно рассекло, крови было! Так она так смотрела, глазенки на пол-лица, а в них слезы. Но не испугалась, метнулась, с веревки старое полотенце сволокла и тащит, руку мне обертывает.
— Как ребенком? — не удержался Мак. — Она же только приехала?
— Эх, шериф, — насмешливо проговорил старый рыбак. — Плохо ты еще свой участок знаешь. Родилась она тут, в Бадене, жила с отцом, с матерью. Потом что-то не заладилось у Брилье с женой, уехала она и дочку забрала.
Маккензи, кивая с ничего не значащей улыбкой, лихорадочно обдумывал новую вводную. Он-то предполагал, что дочь Брилье новичок в городке, и никого, кроме отца и очень узкого круга людей — работников и посетителей отцовской таверны, толком не знает, связями не успела обрасти. А оказалось, что все обстоит совсем иначе. У мисси Брилье здесь оказались корни, она здесь не чужая. Значит, может знать и наверняка знает тех, кто занимается контрабандой. И получалась совсем другая картинка. А то, что эти люди расхваливают ее доброту, ничего не значит. За свою профессиональную жизнь Маку приходилось встречать множество людей, за внешне добропорядочной «витриной» которых скрывались пороки и грязные тайны.