Маринка — яркая девчонка и всегда будет обращать на себя внимание. И всегда будут виться вокруг нее всякие. Когда нибудь и не устоит. Был бы я постоянно рядом или в шаговой доступности, ничего бы не произошло. Но расстояние, время и будущая неопределенность! Я ведь сам не знаю, что меня ждет, и не могу гарантировать ей счастливую семейную жизнь через определенный промежуток времени. В любом случае постоянная привязанность к кому-то будет моей «ахиллесовой пятой». Не имею права любящего человека делать заложником обстоятельств. Неизвестно, как там впереди все обернется!
«Может наплести ей, про мое участие в каком-нибудь опасном государственном секретном эксперименте?» — фантазирую про себя. Таким образом, можно оправдать свои большие деньги, частые поездки, перевод в Ленинград, а заодно отсутствие с ней общего будущего. Сейчас она, возможно, не поверит, но когда чувства немного остынут, и она начнет задумываться о будущем — может сработать, оправдывая желание в выборе другого кандидата в мужья.
«Вернусь к этому разговору через полгода, если ничего не случится!» — решаю и иду на Маринкино приглашение к столу, прихватив торт.
На кухне мне, как единственному мужчине доверили резать торт. «Что за дискриминация по половому признаку? Торт разрезать может кто угодно! Это не бутылку открыть без ножа или штопора!» — мысленно возмущаюсь. Сидим на кухне чинно по-семейному, пьем чай и разговариваем на отвлеченные темы. От торта отказался, отговорившись нелюбовью к сладкому, чем, похоже, удивил обеих. В связи с этим вспомнилась какая-то песни из будущего, где пелось, что если не знаешь моих привычек, то нечего претендовать на меня. Однако Маринку готов терпеть и с такими недостатками. Все-таки она замечательная девчонка. Тайком от родительницы любуюсь подружкой. Жалко с ней расставаться. Сидит грустная и тоже посматривает на меня.
— Пойдем, погуляем! — предлагает мне после чаепития.
Идем на берег реки. Там никого нет, только шумная мужская компания на противоположном берегу что-то отмечают. Загорать уже поздно из-за вечернего времени. Купаться тем более — олень для нашей северной широты почти месяц назад в воду помочился. Выбрали уединенную лавочку и сели, взявшись за руки. Маринка всю дорогу и сейчас молчала, погрузившись в свои мысли. Сам же наслаждался тишиной вечера, гладью реки и решенной одной из проблем. Ожидал более болезненного прощания. Даже комары не докучали. Маринка, оказалось, думала почти о том же, потому что поинтересовалась:
— Ты мне писать будешь?
Не хотелось бы светить ее адрес перед возможными контролерами за моей личной жизнью.