— Обратили к Свету, — добавил Морозко. Его голос звучал столь жизнеутверждающе, что мог раскрасить даже первый слой Сумрака.
— Но вы не должны были, — прошептал европеец. — Что… что вы наделали?
О его ногу потерлось что-то мохнатое. Вскричав от ужаса, фон Шелленберг обернулся. Огромный кот сидел, неодобрительно помахивая хвостом.
— Все кончено, Инквизитор, — сказал я. — Дневной Дозор! Выйти из Сумрака!
— Ночной Дозор! — звонко разнесся голос Веды, взявшей меня за руку. — Выйти из Сумрака!
Максим фон Шелленберг беспомощно посмотрел вокруг себя и бессильно опустил руки.
— Нет, — покачал он головой. — Я не выйду.
— Лучше пойти по-хорошему. — Я сделал шаг к нему, глядя как можно выразительнее. — Иначе мы применим силу.
— Пусть, — не стал возражать Высший и ударил Опиумом, распространив его вокруг себя.
Мастер ментальной магии знал, как использовать самые простые заклинания на полную катушку. В его исполнении, да еще рядом с Источником, Опиум должен был надолго обезвредить всех нас, невзирая на уровни Силы. Однако, разделившись на пять мишеней, заклинание утратило свою мощь.
Я лишь ощутил легкое головокружение. Веда, похоже, тоже. Лина покачнулась, но устояла. Морозко на миг зажмурился, и этим все ограничилось. Клумси свалился и пару секунд поперекатывался с одного бока на другой, затем снова вскочил на лапы, словно недоумевая, что такое с ним приключилось только что.
Кристина в защитных наушниках смотрела на нас без эмоций.
Фон Шелленберг снова собрался, глядя на нас. Было видно, что он не сдастся живым.
— Не нужно, — посоветовал я. — Есть другой выход.
— Боюсь, у вас всех не хватит сил, — с печалью сказал европеец. — Я не выйду из Сумрака.
Он был прав, и я это знал. И все же выхода из патовой ситуации не было. Низложенный Инквизитор не собирался возвращаться в наш мир, предпочитая умереть в бою. Вот только победить его мы не могли даже вместе.
Прозвучал дразнящий свист — половинки гармошки повисли между всеми нами.
— Да, маленький постскриптум, — сказала правая голосом Гесера. — Если для повышения уровня будет выбран Сергей Воробьев, то, полагаю, ему следует предоставить премию.
— Ты совершенно прав, мой старый враг, — закивала левая половинка. — Думаю, будет неплохо, если Темный маг первого уровня получит обратно в свое распоряжение, дайте подумать… треть всех прав на магические вмешательства, которые он столь усердно добывал для Дневного Дозора в годы своей работы.
— Отличная идея! — возопила правая половинка. — Только треть — не слишком ли мало? Как насчет, скажем, половины?