Сейчас мне была нужна вся моя Сила. Вся, сколько осталось.
В конце концов, «фиат» я взламывал дедовскими методами, без всякой магии. Ни к чему расходовать ресурсы на путешествия по городу.
Оставленный Ромкой амулет все еще оставался тем, чем и был, — крестовиной от кукол-марионеток. Сейчас он болтался на леске, пропущенной через центр, указывая удлиненной частью на какую-то точку в городе. Именно там и следует искать Ромку. Если все образуется, выпрошу у парня эту штуку и повешу у себя на двери кабинета, поместив в четырех экземплярах куклу с изображением себя самого. Будет как раз в тему.
Когда неизвестный мне владелец «фиата» обнаружит пропажу, то помимо звонка в полицию, сопутствующего стресса и причитаний непременно задаст небесам вопрос «Почему я⁈», вот только ответа никогда не узнает. Что бы ни ждало меня в дальнейшем — я не смогу объяснить хозяину, что выбрал для угона именно его машину просто потому, что у нее под зеркалом болтались кубики. Плюшевые игральные кости. Бесполезная декорация, висящая на столь полезной мне ниточке, отлично подходящей для подвешивания маяка. Ведь не могу же я во время езды все время держать на ладони Ромкин амулет, который, как мне было известно, показывал местонахождение самого Ромки. Из стоящих возле мотеля семи машин только одна имела нитку под зеркалом. Выбрать ее было проще и быстрее, чем долго и нудно прилаживать маяк.
Пока что, судя по его показаниям, мне нужно было ехать на Графскую пристань. Неудивительно, учитывая, что паром вернулся именно туда. Неужели фон Шелленберг все еще находится там, успокаивая пассажиров, а Ромка подпитывает его энергией купленных в соседнем киоске пончиков? Мечты, мечты…
И все же от мечтаний я отказался лишь за сотню метров от пристани, когда повернувшийся крест дал понять, что Ромку следует искать совсем не там. Припарковавшись, я сорвал маяк вместе с ниткой и побежал, нимало не заботясь о том, как меня воспринимают прохожие. В сущности, тот короткий забег в образе взмыленного мужика в постиранном плаще, с пластырями по всей роже и с деревяшкой на ниточке обошелся мне всего в пару настороженных взглядов. Может, мне следует больше верить в людей и поменьше вешать на себя «сферу» без особой причины…
У большого белого здания на проспекте Нахимова я остановился. Где-то здесь, рядом, мы и встретили вампира Эла. Амулет указывал на уходящие вниз ступеньки, ведущие на приплюснутую бетонную крышу чего-то, утопленного в камне. Рядом располагался рисованный плакат, демонстрирующий жизнерадостного крокодила Афоню. Зазывала с громкоговорителем уже ушел, на что моя искореженная психика ответила благодарностью.