– Что? Ты видела ее, Камилла, видела?
– Да, я знаю, где Стас ее прячет! Собирайся, быстро, поехали.
В этот момент я больше не думаю рационально, а только сердцем, видя призрачную ниточку надежды, за которую хватаюсь изо всех сил. Быстро одеваюсь и выхожу с Камиллой из дома, сажусь к ней в машину.
От слабости меня шатает, но это все неважно, потому что я так сильно хочу увидеть дочь, что пойду за ней даже босиком по стеклу, даже по углям.
Мы едем не очень долго, я примерно знаю это место. За городом есть поляна, открывается красивый вид, а под ней сразу резкий обрыв, пропасть. Рыхлая почва и каменная структура, с каждым шагом булыжники сыплются под ноги.
– Куда мы идем? Скажи, где моя дочь?
– Сейчас, скоро увидишь ее. Иди сюда, Тася.
Камилла тащит меня к самому обрыву, но в трех шагах от него я останавливаюсь, не понимая, что происходит.
– Где она? Скажи мне где!
– Твоя дочь там, – показывает вниз на обрыв.
– Я тебя не понимаю.
– Что ж ты непонятливая такая. Детка, Стас даже не хоронил твое отродье. Нет могилы! Он просто сбросил ребенка в обрыв, но ты можешь быть с дочерью. Всего три шага, и вы наконец-то воссоединитесь. Ну что ты боишься? Что ты за мать, Тася! Я тоже потеряла ребенка по вине Стаса.
– Что?
– Что слышала, Стас заставил меня сделать аборт. Он не любит детей, и я дура, что послушала его, но я хочу тебе помочь, у тебя еще есть шанс! Неужели ты бросишь своего ребенка? Тася, твоя дочь хочет, чтобы ты была с ней, иди к ней, ну же!
– Да ты, права.
Делаю шаг, второй, ближе к обрыву. Так будет правильно. Так надо, я так хочу к ребенку, а Стас детей не любит. Ему будет лучше без меня.
Сердце стучит спокойно. Закрываю глаза. Если я еще раз увижу Стаса, я буду знать, что он любит меня.
В лицо дует прохладный ветер, небо затянуто тучами, и я медлю, специально тяну время, потому что хочу увидеть его. Хотя бы раз, последний. Умирать страшно в двадцать лет, но страшнее умирать, зная, что тебя не любили, ты любил. Бессовестно, самозабвенно, честно.
– Иди, ну же…
Делаю шаг, а я после слышу душераздирающий крик. Стас приехал. Не знаю, как он меня нашел, но он быстро идет к нам с Камиллой, а я обхватываю себя руками. Я вижу его, а значит, когда-то Стас все же меня любил.
– Тася, стой! – кричит громовым просто голосом на этой горе, и эхо расходится на километры.
– Здравствуй, дорогой.
– Я тебя грохну, Камилла!
Они переглядываются, а я теряюсь. Всегда третья лишняя, и сейчас тоже.
– Что вы творите? Тася – назад! Иди ко мне!
Протягивает руки, а я боюсь. Боюсь его рук и Камилле не доверяю. Я одна. Я всегда была одна.