Бомба лежала там, куда я ее бросил, — на краю газона, рядом с кустами сирени. Я наклонился, чтобы убедиться в целости упаковки — веревка не развязалась, сверток выглядел нетронутым. Осторожно, двумя пальцами, как самую драгоценную и хрупкую вещь на свете, я поднял его.
Не взорвалась. Уже хорошо.
Вариантов, куда ее надежно спрятать до утра, немного. А точнее, всего один — перетащить подальше от корпусов, поближе к заднему забору, и надежно укрыть от случайных глаз. Народ там ночью не шлялся, а значит, шанс, что кто-то наткнется, был минимальным. Поэтому я отнес ее в самый дальний, заброшенный угол территории, к старой, полуразрушенной котельной, и запихал в щель между фундаментом и отвалившейся бетонной плитой, присыпав сверху опавшими листьями и землей.
Пусть лежит там до утра. Когда свяжусь с генералом, передам ему на экспертизу. Мало ли, может, на упаковке или на самой бомбе остались какие-то следы, отпечатки. Хотя вряд ли — профессионалы работали чисто.
Вернулся обратно тем же путем — через окно. В комнате парни уже спали богатырским сном, поэтому вопросов не задавали. А вот я уснуть не мог. Лег, покрутился с боку на бок — сон не шел. Адреналин еще бушевал в крови. Да и как тут уснешь, когда такое только что произошло? Комнаты изнутри не закрывались на ключ, только на щеколду, которую легко открыть снаружи. Не придумал ничего лучше, чем сходить в хозяйственный блок в конце коридора, взять оттуда тяжелую деревянную швабру, и с ее помощью по-хитрому подпереть дверь, создав импровизированную блокировку. Не бог весть какая защита от настоящего взломщика, но хоть какое-то чувство безопасности и время на реакцию.
«А может, бомбу прислал Тополь?» — посетила меня внезапная, параноидальная мысль. Со стороны выглядело фантастически, но чем чёрт не шутит? После поступления в академию он вёл себя тише воды, ниже травы. Мы хоть и учились в одном месте, видел я его, в лучшем случае, раза два-три мельком. В роте было четыре взвода, занятия часто проводились повзводно или парами: первый со вторым, третий с четвёртым. Его, когда распределяли, засунули в третий взвод, а нас с моими ребятами — в первый.
Поговаривали, что после начального этапа, с началом полноценной учебы, все может перемешаться, кто-то даже утверждал, что нас вообще переведут в другой, специальный корпус. Но пока все оставалось по-старому. Первый этап — до присяги — был максимально жёстким и изматывающим. Второй — сейчас — относительно спокойным, вводным. Ну а третий, специализация, еще не начался, так что я не знал, как все сложится дальше.